Проведя эту увлекательную лекцию, капитан поднялся с угловой койки и вышел из кубрика. Куда он ходил, никто не знал, но вернулся капитан через полчаса с новенькой солдатской сумкой, доверху набитой маленькими бутылочками со спиртным.

57

За все время изнурительного пути ни Джим, ни его приятели ни разу не видели, чтобы капитан что-то ел, однако из неизвестного источника он постоянно пополнял запас маленьких бутылочек и регулярно выносил пустые – в той же солдатской сумке.

Несмотря на то что судно было действительно огромным, прогуляться по нему засидевшимся солдатам не разрешали.

В коридорах на каждом перекрестке стояли вахтенные, которые вежливо, но настойчиво отправляли солдат обратно в их квадрат. Когда кто-то пожаловался на такой порядок капитану, тот сказал:

– Да ты представляешь, сколько здесь таких, как ты? Тысяч, наверное, тридцать. Целый город дуболомов, каждый из которых считает, что он крутой и, уж конечно, не трус. Если всех их пустить шляться по палубам, через десять минут начнется первая драка, а через час поднимется мятеж. Это, брат, наука – военная психология. И иначе никак нельзя.

Вдобавок к запрету на прогулки питьевая вода здесь пахла дезинфектором, а после того, как закончились собственные НЗ, солдатам выдали диетические обезжиренные пищевые наборы.

Джем в них был с сахарозаменителем, а хлеб – без соли."

"Все эти мелочи очень раздражали, и к концу путешествия, как и говорил капитан, многие стали орать друг на друга и чуть что пускать в ход кулаки. Сам капитан был все время пьян и спокоен. Он не умывался, не брился и жил по собственному суточному расписанию. Только в предпоследний день путешествия он все же побрился, и, когда вернулся в таком виде в кубрик, все солдаты обратили на него внимание.

У капитана Саскела были ввалившиеся щеки и темные круги под глазами.

– Что, так хреново выгляжу? – устало улыбнулся он. – А вы попейте с мое – мало не покажется. Другой бы помер давно, но только не капитан Саскел. Я – везунчик.

Через две долгие недели грязные и усталые солдаты капитана Саскела прибыли на орбиту Ниланда. Все были рады окончанию путешествия, поскольку устали от длинных очередей в туалет и тяжелого запаха пота в душном кубрике, с которым не справлялась слабая система вентиляции.

Для спуска с орбиты Ниланда подали почти такой же модуль, на каком они поднимались. Те же кресла, те же ремни и те же словечки швартовой команды. Заполненный под завязку, он отошел от большого судна и нырнул в атмосферу.

Модуль дрожал и бился так, словно был атакован ракетами, и это продолжалось довольно долго – пока он не выпустил посадочные плоскости и не перешел в горизонтальный полет.

При посадке аппарат развернуло порывом ветра, и все ощутили сильный удар шасси о полосу.