Совсем недавно морем прибыл новый алай янычар, он тоже не стал долго задерживаться в самом городе, а в той бухте, где стоят малые суда турок, расположился. Мишаня мой сам на разгрузке в порту был и своими глазами видел в восточной части той самой бухты массу малых кораблей. Именно на них-то, говорят, и будет посажен янычарский десант для захвата русской Кинбурнской крепости. Пока же они ждут прибытия еще двух алаев из Синопа и Варны, которые уже там грузятся. Вот с их приходом в Очаков тогда все и начнется. Но по времени это точно не позже двух недель. Мы сами еле смогли обратно к реке выйти, помните ту сухую балку возле деревни, где вы таились? Так вот, турки в ней все кусты вырубили, а ее дно выровняли и словно бы огромный загон для своих коней там устроили.

Тысяча османской кавалерии возле той деревни сейчас стоит. Еле-еле мы смогли мимо проползти, лодки нашей на месте уже не было, так мы на двух надутых бурдюках переплывали до тех островков, где наши сидели. Войне быть, Ляксей Петрович, совсем скоро уже басурмане на нас попрут, – уверенно подвел итог своему рассказу старый солдат.

– Понял я тебя, Архипович, спасибо вам, дорогой, большое дело вы сделали, – поблагодарил Леонтьева Алексей.

– Я на доклад, а вы отдыхайте пока. Если их превосходительство пожелает, то будь готов и ему все то же, что и мне сейчас, поведать.

– Значит, говоришь, что до времени нападения сущие дни остались и турки для себя уже приняли решение начать боевые действия? – задумчиво вглядываясь в карту, проговорил Кутузов. – Так, ты давай-ка пиши подробное донесение Баранову, а я готовлю свой рапорт генерал-аншефу Суворову. Он как раз сейчас на Кинбурне с инспекцией находится.

Коли турки готовят туда десант, то пусть думает, как бы ему там лучше усилиться.

Восемнадцатого августа реку переплыл перебежчик. Христианин из албанского алая поведал, что нападение на русских назначено на послезавтра, двадцатого августа. Дескать, им всем известно, что султан уже две недели как объявил в Стамбуле о начале войны с неверными, но ведь вести доходят сюда с большим опозданием, поэтому узнали они об этом вот только лишь три дня назад.

* * *Триумфальная поездка императрицы Екатерины II по Новороссии и Крыму в сопровождении представителей иностранных дворов и нового союзника императора Священной Римской империи Иосифа II сильнейшим образом всколыхнула общественное мнение в Стамбуле.

И так уже имевшиеся горячие реваншистские настроения разгорелись там с новой силой. Масло в огонь подлили и заявления французского, прусского и английского посланников о поддержке своими странами Османской империи, если только она начнет войну против России. 5 августа 1787 года великий визирь Юсуф-Коджа вызвал к себе русского посла Булгакова «для любезной беседы».