Давно замечено — если в воду добавить вино, то шанс заболеть желудочными заболеваниями гораздо меньше. Мама Верги хорошо разбиралась в снадобьях.

Шогас рассказывал ей об Академии, шутил, смеялся, Верга вторила ему своим смехом, звучавшим, как колокольчик. Потом он что-то спросил, вроде как в какой комнате она живет. Верга ответила. Потом он спросил, была ли она с мужчиной. И на этот вопрос Верга ответила, даже не удивившись — с какой стати он задает такие интимные вопросы. У нее даже мысли не возникло, чтобы осадить наглеца. Ей было хорошо и уютно в этом кресле, парень, что сидел напротив нее ей нравился, и наверное она была в него влюблена.

Да, влюблена — и чем дальше, тем больше. Так что Верга просто не могла не ответить на его вопросы — на любые. Например — целовалась ли она с мальчиками. Трогает ли себя там, где трогать ради развлечения нельзя (мама не велит!). Ну и… всякое такое.

Верга будто засыпала. Через некоторое время голос собеседника слышался как сквозь вату, а еще позже — глаза девушки закрылись и она заснула… или впала в беспамятство.

Шогас встал с кресла, подошел к девушке, взял за руку и поднял ее на уровень лица.

Отпустил. Рука повисла в воздухе. Он снова ухмыльнулся, и уже ничего не боясь, ухватил девушку за талию (она весила не очень много, хотя и не отличалась худобой), и поставил ее на колени в кресло, задом к себе. Руки девушки поместил на подлокотник, голову вперед. Полюбовался делом своих рук, хихикнул, и подойдя к двери открыл ее, и негромко сказал:

— Давайте, быстрее!

Трое парней, тех, что были с ним в столовой вошли в комнату, и с ухмылками стали разглядывать стоящую на коленях девушку. Секунд десять молчали, любуясь открывшейся картиной, потом кузен Шогаса, Мадран Горк, довольно сказал:

— Красота! Умеешь ты убеждать! Дар, есть Дар! Даже мне не по себе, когда ты на меня ТАК глядишь! Силен, брат!

— Как бы проблем не было… — вмешался самый осторожный из парней, высокий худой парень, которого звали Хендрик Ройс — Посмотри, девчонка ухоженная, домашняя.

Скандал может быть! Потом проблем не оберемся. После того раза еще не отошли. Мой папаша так орал, так орал… спасибо мамочке, отбила. Мол, дело молодое, девки ему на шею вешаются — так чего теряться? Вотженится, тогда, да. А пока пускай развлекается мальчик! Для здоровья полезно!

— Крутая у тебя мамахен — улыбнулся Шогс — Даже завидую. Моя как раз наоборот — разоралась. А папаша ее и остановил. Мол, девчонка жива? Жива! Ничего ей не повредили. А то, что сама пришла и отдалась парням, а потом передумала и решила денег с них собрать — так это ее проблемы. Но хватит время терять, у нас его не так много. Действие снадобья ослабнет через три часа. К утру и следа не останется от колдовства.