Мрак бы увернулся, а я…

Из нее выплеснулся вскрик:

— Но как… как?..

Он сделал вялое движение рукой:

— Экономика в дауне… Грузовики клепают уже чуть ли не из жести…

Он с трудом оттолкнулся от стены, сделал шаг в сторону, стараясь не задеть изуродованный передок грузовика, похожий на оскаленные зубы. В стене отпечаталась человеческая фигура. От нее по бетону во все стороны разбежались черные трещины, и казалось, что отпечаток завис в середине гигантской паутины.

— А… стена? — вспикнула она. — Бетон!

Он отмахнулся:

— Да какой бетон… Один песок… Все подрядчики — жулик на жулике…

Все еще шатаясь, он вернулся к пульту.

Юлия безумными глазами смотрела, как он одной рукой закончил давать команды незримым отсюда агрегатам, а другой все еще ощупывал грудную клетку. Глазами он объяснял Юлии, что счастье Москвы в том, что давно землетрясений не было, все бы к черту рассыпалось, стены из песка, балки из жести… Юлия стояла рядом и не заметила, как в двух шагах из кузова разбитой машины приподнялся человек в костюме десантника, посмотрел на них дикими глазами. Лицо его было страшным, нос расплющен, лицо в крови, губы расквашены. Не удержавшись, он вывалился через борт."

"Олег, морщась, повернул голову. Юлия вскрикнула. Один из десантников у его ног поднялся на колени, рывком ухватил Олега за ноги. Олег рухнул вниз лицом, десантник с рычанием бросился, навалился, но боролись недолго, Олег тут же извернулся, оказался наверху, схватил обеими руками смельчака за горло. Юлия услышала слабый треск.

Юлия закричала: тот, который выпал из кузова, сумел подняться, сильным ударом кулака разбил стекло на пожарном щите, мгновенно сорвал топор. Замершая в ужасе Юлия испустила пронзительный крик, но опоздала: острое лезвие со страшной силой обрушилось на незащищенную шею Олега.

Юлия вскрикнула и зажмурила глаза с такой силой, что под веками поплыли красные круги. Ноги стали ватными, спину царапнуло, это она сползла по стене на пол. Холодный металл ожег ладони, в виски стучала кровь, а перед глазами все стояла картинка страшного мгновения, когда лезвием топора по голой шее…

В уши хлестнул злой голос:

— А подушечку не подложить?

Уши заложило от выстрела совсем рядом. Закусив губу, Олег стоял во весь рост и стрелял из пистолета в пульт управления.

Оттуда сыпались искры. Юлия взвилась с пола, как будто увидела мышь на своей ноге. Олег не успел отшатнуться, как она в один прыжок, с вытаращенными глазами неизвестно как одолела разделяющее их расстояние. Он качнулся в сторону темного туннеля, но Юлия обхватила его руками, повернула.

На шее был порез, капли крови уже свернулись темными комочками. Она провела кончиками пальцев, ощутила под кожей не то имплантированные нити, не то нечто вроде твердой чешуи.