Аттила подбежал с грацией носорога, поддержал Олега с другой стороны, ногой подгреб кресло, усадил, тут же наложил руки на плечи, начал что-то нашептывать в ухо.

Ганзард вскрикнул:

— Фантомы — понятно, но как ты…

— Прямо, — ответил Олег слабым голосом. Он указал глазами на Мрака. — Мне так посоветовали…

А Юлия сказала измученно:

— Дверь далеко, а он такой слабый…

Воздух с каждым мгновением становился тяжелее.

Ганзард сказал торопливо:

— Через полчаса все задохнемся. Линии обесточены, лифты не работают. Не выбраться. Ждать, когда за нами придут?

Тяжелое молчание нарушил громила с пулеметом в руках:

— Кто?.. Где я прошел, те уж точно… не придут. А где прошел Олег, там и микробов не осталось, он аккуратный.

Аккуратный повел налитыми кровью глазами по всему помещению. Вспыхнул свет, зажглись экраны. Над потолком медленно зашелестели гигантские лопасти воздухозаборников.

— Нашли о каких пустяках думать, — сказал он раздраженно.

Мрак медленно опустил пулемет. В глазах был восторг. Наклонился к уху Юлии, шепнул:

— Вижу, метастазы, действительно, того… рассосались. И даже заработали.

— Что значит, заработали?

— Он теперь не простой скат-гнюс! Наверное, атомный.

Кровь из ран и порезов на теле Олега уже не сочилась, но волосы слиплись и торчали гребнем, правая сторона закрыта синим с багровостью кровоподтеком, зато левый глаз смотрел с интенсивностью зеленого лазера.

Бледный как смерть Кропоткин гордо выдержал его взгляд. Спина выпрямилась, плечи расправились.

— Новое не рождается без крови, — сказал Олег хриплым голосом. — Но преждевременные роды означают смерть.

Он внимательно смотрел на всех, словно видел впервые. Или видел их в другом диапазоне, как видит пчела или радиотелескоп.

Губы Кропоткина тряслись, он не мог вымолвить ни слова.

Рука потянулась к поясу, пальцы медленно расстегнули кобуру. Глаза не отрывались от лица Олега. Над виском этого Тайного чернело пулевое отверстие, сейчас забитое сгустком крови. Вокруг застыла темно-коричневая кашица. Из середины, куда попала пуля, выступила густая красная капля, медленно поползла по щеке, а потом как будто спохватилась и мгновенно ушла под кожу.

— Я готов, — ответил Кропоткин бесстрашно. — Честь останется и в новом мире!.. И никто уже не остановит прогресса… С этого дня — мир един."

"Глядя прямо в лицо Олегу, он поднес ствол пистолета к своему виску, усмехнулся красиво и бесстрашно. Палец с силой нажал на спусковую скобу. Под звукопроницаемым куполом выстрел показался орудийным залпом.

Юлия со слезами на глазах, не обращая внимания на глубокую царапину у себя на скуле, обняла Олега сзади за шею.

— Олег, — сказал Яфет подавленно. — То, что он сказал… верно? Неужели нельзя… остановить?

— А ты хотел бы? — прорычал Олег.