— Когда-то подсчитали, — сообщила она, — что человек в среднем мыслит четыре минуты в сутки. А остальное время пользуется бездумно готовыми алгоритмами. Ну, как иной раз едешь в транспорте не в ту сторону, потому что садишься привычно, бездумно, а сегодня надо было как раз в другую сторону. Так же пользуется готовыми шаблонами приветствий, улыбок, разговоров о погоде и здоровье…

— Это облегчает жизнь, — согласился он, — когда знаешь заранее, что тебе ответят, и что ты ответишь… Это даже не шахматная партия, где наперед известны только первые ходы! Это дуэт на два голоса, когда всю песню знаешь до конца.

Но в глубине этого лежит все то же стремление нашего организма обходиться без привлечения разума. Мол, вполне достаточно и того, что в подкорке!.. А то и в спинном мозге. Так что это хоть и не болезнь, но такая опасная леность ума и воли, что допустить распространение на весь мир — это погубить род людской. А я людей люблю, если честно. И за то, чтобы выжил весь организм, я готов язвочку прижечь каленым железом… Вон как Господь Бог прижег две язвочки по имени Содом и Гоморра, дабы зараза не расползлась по всему роду людскому!

Она сказала победно, вспомнив где-то прочитанную фразу:

— Любить человечество легко! Труднее любить отдельных людей!

— Ни фига, — возразил он.

 — Как раз отдельных проще. А человечество… Я бы его за тупость и лень… Эх! Но другого нет, увы. Приходится работать с этим.

Елена прерывисто вздохнула. Мрак насторожился:

— Что-то случилось?

— Да нет, — ответила она слабеньким голосом. И вздохнула. — Просто подумала…

Мрак погладил ее детское колено:

— О чем? Ты ни о чем не тревожься!.. И… давай чеши, чеши.

— Да я не о себе… Где мой Лохмач?.

. Куда он делся, бедный? Он только с виду страшный, а так очень добрый и ласковый. Я его очень любила.

Она прерывисто вздохнула. Большие глаза стали печальными, заблестели влагой. Мрак в полном бессилии оглядывался по сторонам.

Олег сказал сердито:

— Мрак, что за трусость? Да скажи все. Или покажи.

Женщины насторожились, смотрели то на Олега, то на Мрака. Мрак нахмурился:

— А ты сказал?

— У меня не было необходимости, — отпарировал Олег.

— Да? Так вот и у меня… по крайней мере, острой, пока нет.

Олег покачал головой:

— Ты зря трясешься! На самом деле этот мир все еще тот… древний.

Это в прошлом веке прошла волна увлечения наукой, а сейчас снова везде гадалки, колдуны, экстрасенсы, шаманы… вся эта шушера, всех бы связал в одну кучу

— да в самое глубокое место в море! Скажи, никто даже не удивится.

Мрак сказал язвительно:

— Да уж…

Юлия спросила настороженно:

— Мужчины, что у вас за тайны?

— Мрак засмущался, — ответил Олег. — Страшится Елену напугать. Дурень! Да ты ей таким еще больше понравишься.