Если же я попадал в охрану к Варягу, то он сам шел ко мне в руки. Было бы грех не воспользоваться таким шансом.

— Значит, ты не из ФСБ?

Макс отрицательно покачал головой:

— К ФСБ я не имею никакого отношения.

— Тогда зачем же ты прикрывался «конторой»?

— Хотел выжить.

— Почему ты хотел убить Беспалого?

Макса так и подмывало признаться во всем этому милейшему человеку, который, как ему верилось, желал единственного — добра! Но еще не все преграды были сметены, а они-то и не позволяли ему обнажить свою душу.

Закрыв глаза, Макс вновь попытался сосредоточиться на Елене.

Но память неожиданно подбросила новый сюжет — девчонку его юношеской поры. Звали ее Изольда. Странное дело, после нее он поимел десятки женщин, но почему-то чаще всего вспоминалась именно она. Может, оттого, что некогда Изольда поразила его своей небывалой раскрепощенностью?

Нет, нет, должна быть именно Елена! Мысленно Макс перевернул ее на живот, воссоздав до мельчайших подробностей все ее овалы.

В этом ракурсе Изольда так же была очаровательна и, помнится, любила забавляться именно таким образом. С Изольдой Макс давно не виделся.

И потребность общения с ней испытывал только во сне, когда она являлась к нему необыкновенно раскованной и одновременно безгрешной, как библейская Ева. Время — штука очень серьезная и бескомпромиссная. Наверняка оно безжалостно прошлось по ее некогда аппетитному телу, оставив на красивом, слегка выпуклом животике многочисленные складочки. Макс был убежден, что точно такие же превращения произошли и с ее лицом, наверняка оно погрубело, кожа, лишенная прежней упругости, отвисла, поры увеличились. Где гарантия того, что он узнал бы ее после всех тех перемен, что сделало с ней время. Но где-то в дальних ячейках памяти Изольда осталась именно такой — яркой, желанной, неимоверно сексуальной, способной с придыханием сообщить, что она всецело удовлетворена.

— У меня с ним тоже личные счеты, — выдавил Макс.

— Какие? — ласково пропел Тарантул.

Макс понимал, что добрых палачей не существует. А этот говорил так, как будто бы ему в глотку вылили ведро елея. Но в то же время крохотный чертенок, что угнездился под его черепной коробкой, советовал быть предельно искренним с этим милым мужчиной с приветливой улыбкой.

— Тимофей Беспалый был слушателем в лагере СМЕРШа. Так вот, многие из этих офицеров были потом уничтожены. Мое мнение, что к этому делу Беспалый имеет самое непосредственное отношение. А уничтожил он их потому, что каждый из них был причастен к тайне.

— Что эта за тайна?

Макс улыбнулся — Изольда ушла из памяти, а на ее место вернулась Елена, бросив на него кокетливый взгляд, она встала на четвереньки. Теперь придется любить ее таким образом.