Элементали-каусес слишком переменчивы в своих стихиях и сами не знают, чего хотят, поэтому то дружат, то воюют.

А маидам на всё наплевать: джинны сами по себе и делают вид, что ничего не происходит. Что поделать, сильны традиции у вечно живущих. Хотя их бабы — суккубы не прочь заарканить мужика. Они от человеческих душ кайф наркотический получают. Но сирьенн не соблазняют — нет смысла. Только гоблинов и людей. Вы с зелёными генетически очень похожи. А детишки какие при слиянии двух рас появляются! М-м-м-м…

— Да кто на эту мразь болотную позарится⁈ — воскликнул я, вспомнив жуткую харю убиенного мной гоблина.

— Это ты, видимо, только с мужчинами имел дело. Гоблинки очень даже ничего. Миниатюрные произведения искусства. Но мой тебе совет! Не связывайся ни с ними, ни с суккубами.

— Опупеть… Туал Шах! Я поражён!

— Шуал Шам. Ты переврал моё имя, и это считается оскорблением среди сирьенн. На первый раз прощаю. Дай руку.

Я опять послушно протянул свою ладонь."

"— Реакция человека, который впервые услышал общеизвестную информацию. Не обманываешь. Ты действительно не помнишь, — положив на пульс пальчики с небольшими перепонками между ними, удивлённо произнесла она.

— Работаешь как детектор лжи? — догадался я.

— Не только, Прохожий. Кровь — это жидкость. Привязка к любой жидкости у сирьенн сильная. Мы можем считывать из неё информацию получше любого прибора. Поэтому и людские врачи из нас отличные получаются. Ну а теперь, Прохожий, пора и голову обследовать.

— Тоже сама будешь?

— Не преувеличивай моих способностей. Вы, люди, сильны в техномагии и не стоит ею пренебрегать. Пойдём.

— Подожди! — остановил её я. — А почему люди и сирьенны дружат?

— Потому что вот тут, — постучала пальцем Шуал Шам себя по голове, — у нас много общего. Моральные ценности и философия жизни одинаковая. Хороший союз получился земли и воды.

— А почему ты ходишь по суше? Не сложно?

— До десяти часов не испытываю никакого комфорта. А потом прихожу с работы и погружаюсь в домашний бассейн. Не окажешься предателем, то приглашу тебя поплавать к себе. Ты забавный, Прохожий. Очень необычный!

— С чего ты взяла про необычность? — напрягся я, вместе с сирьенной незаметно перейдя на ты.

— Кровь. Всё твоя кровь. Ёё пульсация говорит больше, чем эти честно вылупленные глаза.

— Я их не вылупливал.

— Какать хочешь? Поэтому такой вид?

— Н-н-нет… — смущённо произнёс я.

— Значит, вылупливал. И не надо так краснеть, мальчик. Ходить в туалет — это естественно. Даже приятно. Особенно, когда под водой на большой скорости твой желудок начинает освобождаться…

— Остановись! — перебил я. — Оставь хоть какую-то нераскрытую тайну твоего светлого образа.

— Ханжа.

— Есть немного.

— Человек. Чего с таких взять? Только анализы.