Ей безразлично, с кем спать — с графом или с конюхом, — лишь бы он обладал способностью удовлетворить ее.

— Если она такая, значит, в этом виноват я. Она была девственна, когда я впервые овладел ею.

— Девственна, как же! Граф Ланкашир божится, что переспал с нею, когда ей было всего двенадцать. — На лице Гевина опять появилось недоверчивое выражение. — Посмотри, что она с тобой сделала. Она управляла тобой и использовала, а ты позволял ей. И даже молил ее об этом. Скажи, каким способом ей удалось заставить тебя в самом начале вашей совместной жизни отвернуться от Джудит?

Перед мысленным взором Гевина возникла сцена в саду.

— Она поклялась покончить с собой, если я полюблю свою жену.

Стивен, ошеломленный его словами, в изнеможении прислонился к стене.

— Великий Боже! И ты поверил ей? Да эта женщина укокошит тысячу человек, прежде чем допустит, чтобы хоть один волосок упал с ее головы.

— Но я просил ее выйти за меня, — настаивал Гевин. — Еще до того как я узнал о Джудит, я сделал ей предложение.

— А она выбрала богатого графа.

— Это ее отец…

— Гевин! Протри глаза! Неужели ты считаешь, что она подчинилась бы своему пьянчуге отцу? Да его не слушают даже слуги! Имей он над ней такую, как она утверждает, власть, могла бы она ночами напролет слоняться с тобой по окрестностям?

Гевину было трудно поверить в то, что Стивен говорил об Элис.

В его представлении она была нежным и хрупким созданием, таким ранимым, таким робким. Стоило ей взглянуть на него полными слез огромными глазами, и его сердце таяло. Он вспомнил, какие его охватили чувства, когда она сказала, что покончит с собой. Он был готов на все ради нее. Однако уже тогда его неодолимо влекло к Джудит.

— Я так и не убедил тебя, — заключил Стивен.

— Я не уверен. Тяжело расстаться с давней мечтой. Она очень красива.

— Да, и ты влюбился в эту красоту. Ты никогда не задавался вопросом, что же скрыто под внешней оболочкой. Ты утверждаешь, что не затаскивал ее в свою постель. Тогда как же она там оказалась? — Но Гевин не ответил, поэтому Стивен продолжил:

— Эта шлюха разделась догола и залезла под тебя. Потом послала кого-то за Джудит.

Гевин поднялся. Он больше не хотел ничего слушать.

— Я должен узнать, как там Джудит, — пробормотал он и направился к дому.

"

"Всю свою взрослую жизнь, с шестнадцати лет, Гевин нес на себе груз ответственности за поместья и своих людей. У него, в отличие от братьев, никогда не хватало времени на то, чтобы ухаживать за женщинами и познавать их натуру. Да, он спал со многими, но все они очень быстро уходили от него. Ни одна женщина не осталась рядом с ним надолго, не смеялась его шуткам и не беседовала с ним. Он вырос с уверенностью, что все женщины похожи на его мать: красивую, ласковую, нежную.