Лизка была свободна, и после всего того, что случается в подобного рода домах между клиентом и девицею, Николенька крепко уснул. Проснулся он на диване в общей гостиной, уже в десять вечера, и на правах постоянного клиента пошел на кухню, чтобы испить чаю, а лучше — кофею. Не дойдя двух шагов до наполовину затворенной кухонной двери, он услышал разговор. Чекушина убеждала клиента не волноваться и еще немного подождать.

— Я уже, без малого, полчаса жду, — недовольно отвечал ей какой-то мужчина. — И терпение у меня на исходе. Вы, верно, не знаете еще, кто я таков.

И лучше бы вам этого не знать… Я могу одним мановением руки, нет, мановением одного пальца разогнать всю эту вашу лавочку ко псам собачьим. Мне вице-губернатор — короткий друг. Мы с ним вместе — о-го-го, сколько соли съели. Фигурально выражаясь, конечно. И водочки тоже в свое время целую реку выпили…

— А давайте и мы с вами водочки выпьем? — как могла, старалась умаслить опасного для ее заведения клиента Зинаида Петровна. — А там, глядишь, и Лизонька наша освободится. Ну, еще с четверть часика потерпите, а, Венедикт Ерофеич?

Титан заходить в кухню не стал.

Заинтересованный личностью нетерпеливого мужчины по имени Венедикт, которого явно опасалась хозяйка «веселого дома», он подошел ближе и прислушался. Ибо служба — обязывала…

На кухне было тихо. Потом бряцнула посуда, послышался звук наливаемой в стакан жидкости.

«Согласился этот Венедикт Ерофеич, видно, водочки откушать, Лизку дожидаючи. Какая она, однако, популярная, Лизавета-то моя. От клиентов отбою нету…»

Мужчина выпил и довольно крякнул.

— Вы огурчиком солененьким закусите. Вот капустка. Может, еще? — услышал Титан голос Зинаиды.

— Ладно, — голос мужчины немного подобрел. — Наливайте, Зинаида Степановна…

— Петровна я, Венедикт Ерофеич, — поправила важного клиента содержательница «веселого дома».

— Да? — спросил мужчина. — Но все равно наливайте…

Титан приблизился почти вплотную к двери. Лица мужчины он не разглядел, поскольку тот сидел спиной к двери, зато хорошо разглядел добротное драповое пальто с барашковым воротником и его бритый затылок.

Через день, вечером, Николенька-гимназист снова воспылал желанием телесных ласк и направил стопы к Чекушиной.

Лизка только что выпроводила клиента и приводила растрепанные перышки в надлежащий вид. По прошествии сорока минут, лежа в ее постели, Титан вспомнил про Венедикта Ерофеича и, закинув руки за голову, спросил:

— А этот… хмырь в драповом пальто с барашковым воротником и бритым затылком… Дождался он тебя позавчера?

— Венедикт Ерофеич, что ли? — с интересом посмотрела на Николеньку Лизка.

— Ну да, Венедикт Ерофеич, — подтвердил Титан.

— А ты что, ревнуешь? — кокетливо спросила барышня.