— Повторю: вы это вполне заслужили… У вас все ко мне?

— Прошу прощения, ваше превосходительство, но я пришел к вам вовсе не ходатайствовать о присвоении мне чина статского советника досрочно, без обязательной выслуги четырех положенных лет. — Иван Федорович даже немного расстроился, ведь из разговора с Завадским выходило, что он пришел к окружному прокурору «выпрашивать» очередной чин. По крайней мере, его приход был воспринят окружным прокурором именно таким образом…

— А зачем тогда? — с недоумением посмотрел на него действительный статский советник.

— Я уже два года не был в отпуске и хотел бы просить вашего разрешения на то, чтобы… — начал было Иван Федорович, но Завадский не дал ему договорить:

— Так вы пришли просить отпуск?

— Именно так, ваше превосходительство, — громко и отчетливо ответил Воловцов.

— Это не ко мне, Иван Федорович. У вас есть непосредственный начальник, Геннадий Никифорович Радченко. Это в его компетенции. А он что, не дает вам отпуск?

— Он ссылается на вас, Владимир Александрович, — быстро проговорил Воловцов.

— Ну, если ваш непосредственный начальник считает, что давать вам отпуск в настоящее время не представляется возможным, то, — развел руками статский советник, — что я-то тут могу поделать? Ему виднее…

— Он ничего не считает, он ссылается на вас, — попытался еще раз достучаться до прокурора судебный следователь. — Говорит, мол, как вы скажете, так и будет."

"— Простите, Иван Федорович, но существует определенный порядок. Может быть, он устарел, и вы, молодые, считаете его бюрократическим пережитком, но другого порядка пока не выдумали. А порядок таков: вы подаете рапорт о предоставлении отпуска своему непосредственному начальнику, он накладывает на него резолюцию, после чего рапорт попадает на мой стол. И я, согласно имеющейся резолюции, уже принимаю решение. А без санкции Геннадия Никифоровича я решительно ничего не могу предпринять…

Это был заколдованный круг.

Поблагодарив его превосходительство за предоставленную аудиенцию, Воловцов вернулся в Департамент и отправился к своему «непосредственному начальнику». Он перехватил Радченко уже выходящим из кабинета…

— Ну, что? — ясным и чистым взглядом посмотрел на него «непосредственный начальник». — Что сказал его превосходительство господин окружной прокурор?

— Он сказал, что существует порядок, который он не вправе переступить, — начал было Иван Федорович, но Радченко вдруг заторопился:

— Прости, опаздываю на важную встречу.

Сказав это, он скорым шагом покинул свою приемную и скрылся за дверью.

— Вы куда? — только и успел крикнуть ему в спину Воловцов. Но ответа не последовало. — Куда это он? — повернулся к секретарю начальника Иван Федорович. На что тот лишь пожал плечами.