Не могла отрешиться или расслабиться, я ведь давно не девственница, это отдельная история моей странной жизни. А еще рожавшая, любой мужчина поймет это, наверное.

Но, может, напоить его так, чтобы лыка не вязал, сымитировать, что больно, покричать, пустить слезу, просить, чтобы все делал медленнее. Но надо как-то незаметно порезать палец, потом вымазать себя и его кровью.

Целая операция по продаже несуществующей девственности.

Время за уборкой прошло быстро, осталось принести новый букет живых цветов, спустилась на первый этаж. Взяла тяжелую вазу, медленно иду обратно, чтобы не уронить.

— Давай помогу.

Резкое движение, из моих рук берут цветы, даже вздрогнула от испуга.

— Не надо, я сама.

— Саш, ты всегда все сама, я мужчина, я могу помочь.

Начальник службы безопасности Вадим Вересов, тот самый, которого Лида мне пророчит в ухажеры. Он пришел в отель за месяц до меня, молодой, бывший мент, ушел из органов, говорят, слишком честный. Тридцать пять лет, разведен, есть сын. Чем не вариант для матери-одиночки?

Но не вариант.

— Саша, чем ты сегодня занимаешься вечером?

Чем я занимаюсь, ему так интересно?

Трахаюсь с совершенно незнакомым мне еще мужчиной, если все пройдет хорошо, то я останусь живой, если не очень, всего лишь покалеченной. Если совсем все плохо пойдет, то лучший вариант — это турецкий бордель, худший — свалка за городом.

— Работаю я, ты знаешь.

Вадим останавливается, нас разделяет букет шикарных белых лилий, их аромат витает в воздухе.

— Саша, зачем ты так?

У него голубые глаза. Мой самый нелюбимый цвет, ассоциации плохие. Это все мои тараканы, но как ему объяснить?

— Извини, надо работать.

Никто не собирается давать ему надежду. Не до этого мне.

ЧАСТЬ 4

— А сейчас следующий лот нашего аукциона. Еще одна прекрасная нимфа, очаровательная, обворожительная девушка под номером пять.

В ушах шум, массирую виски пальцами, трясет так, что кажется, еще немного, и я сорвусь с места и просто сбегу. Но нельзя, уже нельзя. В бумагах, которые я мельком прочла, есть пункт насчет этого. Нужно будет выплатить огромную неустойку за, так сказать, моральный вред, нанесенный организаторам мероприятия.

Но я-то знаю, что никуда не сбегу. Назад дороги нет.

Я — лот номер семь. Говорят, счастливое число.

Сейчас ушла пятая, блондинка восемнадцати лет, Таня, кажется, милая, на щеках румянец, полная грудь, широкие бедра. Кто сказал, что здесь одни девушки модельной внешности? Здесь мы все очень разные.

Таня приезжая, к ней на вокзале подошел мужчина, представился, дал визитку, так она сама рассказала. Потом позвонили, пригласили, прошла все процедуры. Если честно, можно быть в ужасе от происходящего, подумав здраво. Какой-то аукцион, где тебя покупают в придачу с невинностью, как невольницу на рынке.