Кроме того, его маскирует техногенный фон: десятки тысяч радиосигналов, сотни объектов повышенной радиации – промышленные и медицинские радиоизотопы, зона чернобыльского заражения, свалки радиоактивных отходов… К тому же на наших спутниках нет аппаратуры для обнаружения небольших значений радиационной активности. А на «Мобильном скорпионе» наверняка свинцовая крыша…

– Хорошо, – директор откинулся на спинку кресла. – Все это очень убедительно, но малоинформативно. Я прошу вас, господин Фоук, мобилизовать все возможности вашего отдела, для того чтобы снять покров невидимости с «Мобильного скорпиона»! Дайте Бицжеральду карт-бланш, пусть активизирует возможности Прометея.

Если надо, направьте в Россию специального агента. Со «Скорпионом» работает много людей, кто-то немного пробалтывается жене, кто-то хвастается перед любовницей, кто-то по пьянке сказал лишнее в баре, есть недовольные, которые хотят навредить начальству или стране в целом… Этих людей надо искать. Надо плотной сетью собирать любую информацию и тщательно ее отрабатывать. И полностью задействуйте потенциал технической разведки, разумеется, с учетом реальных финансовых возможностей ведомства. Сейчас наша первоочередная задача – взять «Мобильный скорпион» под контроль! Желаю успеха, господа!

Совещание было окончено. Три сотрудника русского отдела вышли из кабинета директора. Каждый держал в руках сотни тайных и явных нитей, которые тянулись на территорию России. Теперь предстояло умело за них дергать, чтобы получить результат.

* * *Внеплановые остановки БЖРК – явление чрезвычайное. О каждой начальник поезда срочной шифротелеграммой сообщает в Москву, с обязательным указанием причин и продолжительности остановки.

На этот раз причина была солидной и вполне оправданной – контрольное посещение командира части стационарного базирования атомного поезда.

Полковник Булатов прилетел рейсовым самолетом в Архангельск, прямо из аэропорта вертолетом вылетел на юго-запад, в точку, известную ему одному.

БЖРК остановился в Озерной, маленькой станции в ста километрах от Архангельска. Станцию окружал высокий густой лес, неподалеку синело чистое озеро, на берегу которого раскинулся небольшой поселок.

Прозрачный пьянящий воздух, тишина, приятная прохлада – курорт, да и только. Здесь проходило от двух до четырех поездов в сутки, но несколько местных жительниц, в основном старушек, все равно сидели на аккуратном чистеньком перроне с лукошками грибов, банками голубики и морошки, вяленой и копченой озерной рыбой, сигаретами.

Появление внепланового поезда вызвало радостное оживление, женщины кинулись к вагонам.