Первый сейчас никому не нужен, присыпками не балуются, а из второго, как мне рассказывали еще амореи, некоторые эламские племена ткут ткань, в которую заворачивают знатных покойников, сжигают тело на костре, а сверток с пеплом и прочими останками закапывают.

— Кто-то плывет! — послышался с берега крик Абаи."

"Я и сам увидел, когда посмотрел на реку, и понесся вниз по склону. Как учили синоби, мои глаза «бежали», глядя не под ноги, а вперед, выискивая место, где поставлю их через два-три шага. Когда овладеваешь этим способом перемещения, реже спотыкаешься, падаешь.

Я успел добраться до места, выбранного для лежки. Даже осталось время на то, чтобы зарядить арбалет болтом с бронебойным наконечником, разместиться поудобнее, отдышаться, успокоиться.

Это была небольшая восемнадцативесельная галера с кожаным тентом над кормовой частью, где восседал на кресле пожилой мужчина, одетый в пурпурную тунику, поверх которой что-то типа багряного халата, сейчас распахнутого, потому что жарковато. Доспеха под ним, вроде бы, нет. На голове митра — шапка из белого войлока с золотым ободом внизу, украшенным драгоценными камнями.

Простолюдины тоже носят шапки из войлока, но темных цветов. Белый только для знати, правителей и их родственников, хотя иногда пользуются любовью и у зазнавшихся шакну. Я никогда не видел Мардукаплаидина. Мне, конечно, рассказали, как он выглядит — пожилой, полный, кареглазый, нос толстый и крючковатый, длиннобородый, волосы уложены волнами, но под это описание подходили многие семиты. Главным аргументом, что это именно бывший правитель Вавилона, было то, что находился именно здесь и сейчас. Вряд ли какой-нибудь знатный пожилой эламитянин поперся бы в эти дикие края без большой охраны или не в составе купеческого каравана. Иначе я знаю об этом народе не всё.

Я подпустил галеру на дистанцию метров пятьдесят. Боковое смещение было маленьким, промахнуться трудно. Болт вошел в районе живота, пронзил насквозь, спрятавшись в теле и пригвоздив его к спинке кресла. Голова склонилась и замерла, собрав под подбородком две толстые складки. Казалось, что продырявленный смотрит, что там в него угодило, а все остальные могли подумать, что старика просто сморило в сон. По крайней мере, гребцы, сидевшие лицом к нему, продолжали, будто ничего не произошло, грести под ритм, отбиваемый смуглокожим подростком в набедренной повязке, который колотил короткой палкой с бульбой по небольшому барабану и смотрел в мою сторону, как я решил, ничего не видящим взглядом отупевшего раба.

Галера проплыла мимо засады и вскоре скрылась за поворотом.

50

Правителя Ассирийской империи я нашел в Акшаке, где он ждал, когда финикийцы закончат постройку последних двух галер, чтобы отправиться в поход на Элам.