Да, слышит…

— Пей, — Кристофер открыл флакон и прислонил к губам, вливая жидкость в рот.

Как только флакон опустел, инквизитор прикрыл глаза и что-то зашептал. Я слышала слова, но не понимала, на каком они языке. Что это? Заклятие? Или Кристофер так ругается?

Но вскоре я почувствовала неладное. Словно невероятная сила навалилась на меня, пригибая к полу. Упав на колени, вздохнула и огляделась. Кит остался стоять, бледный, облокотившись спиной на стену. Но стоял. Мать мальчика и Адам лежали рядом, без сознания.

— Что это было? — прошептала я, глядя на инквизитора.

— Магия, — коротко ответил мужчина, не сводя взгляда с мальчика. — И судя по тому, что вы в сознании, в вас есть немалая сила.

— А Кит? У Кита тоже есть магия?

— Сдаётся мне, Астра, что Кит — будущий инквизитор, — усмехнулся мужчина.

А я задохнулась от ужаса, глядя на своего ребенка. Инквизитор? Он станет таким же? Моего мальчика будут бояться и ненавидеть, а сердце его станет как камень…

— Не позволю, — шепнула я, глядя на Кристофера. — Не позволю сломить его.

— У вас нет выбора, Астра, — усмехнулся инквизитор. — Мне жаль.

То, что люди были подавлены силой инквизитора, не значит, что они оглохли. Когда Кристиан прекратил давление, Адам поднялся и с неприязнью посмотрел на замершего Кита.

За что? Он же ещё совсем ребёнок?

Но нас отвлёк тихий стон со стороны кровати. Мальчишка, ещё недавно лежащий пластом и не имевший сил поднять руку, самостоятельно сел на кровати и теперь с интересом рассматривал нас.

— Сынок! — тихо всхлипнула женщина, неверяще глядя на своего ребёнка. — Сынок!

Хлопнула входная дверь, через несколько секунд в комнату вбежал глава семейства. Растрёпанный, со следами слёз на грязных щеках и обезумевшим видом. Но стоило ему увидеть, что сын жив и здоров, как он тут же бросился к нему.

— Идём, нам тут больше нечего делать, — поманил меня Кристофер.

— Астра, подожди, — окликнул нас Адам, поглядывая на Кристофера. — Можно тебе кое-что сказать?

— Да, конечно, — кивнула я, отходя от инквизитора подальше. — Что-то случилось?

— Ты прости меня, — сконфуженно пробормотал Адам, избегая прямого взгляда. — Я бы ещё смог как-то убедить людей, что не ты привела инквизитора в нашу деревню, но Кит… Он…

— Кит всего лишь ребёнок, Адам, — усмехнулась я горько.

— Да-да, прости, — закивал друг детства. — Но тебе придётся уехать. Я понимаю, здесь дом твоей бабушки, но тебе не дадут жизни в нём.

— Ты прогоняешь меня? — тихо спросила я.

— Прости, — парень развел руками и посмотрел на меня, как наа умирающую. — Прости, я не хотел вот так.

— Мы уедем, — кивнула я, грустно улыбаясь. — Скажи, можно у кого-то купить лошадь? Пешком до города мы не доберёмся.

— Я еду в Кириш завтра, могу подбросить.