На лице Рида мелькает яростная решимость, но он не произносит ни слова. И я не знаю, то ли это потому, что он боится что-то сказать, то ли потому, что следует наставлениям отца.

Я начинаю дрожать. Каллум обнимает меня одной рукой.

– Ступай и обуйся, я отвезу тебя в полицейский участок.

– Мальчики, – слабым голосом говорю я. – Надо разбудить их всех.

Мне кажется, он хочет сказать «нет», но так будет неправильно.

– Нужно показать Риду, что мы, его семья, поддерживаем его. И они все равно захотели бы поехать.

Наконец Каллум кивает.

– Разбуди их.

Я поворачиваюсь и бегу по коридору, стуча сначала в дверь Истона, потом близнецов.

– Ребята, просыпайтесь! – кричу я. – Просыпайтесь.

Снова звенит дверной звонок. Я бросаюсь вниз, почему-то решив, что это Рид и все было просто плохой шуткой, дурацким приколом, ранним первоапрельским розыгрышем.

Каллум подходит к двери и быстрым движением распахивает ее. Сделав шаг вперед, он застывает на месте, да так неожиданно, что я врезаюсь прямо в его одеревеневшую спину.

– Господи Иисусе, – выдыхает он.

Я понятия не имею, почему Каллум остановился, из-за его широкоплечей фигуры мне ничего не видно.

Пока он стоит там как статуя, я выглядываю из-за его плеча и испуганно моргаю.

У подножия мраморных ступенек стоит мужчина. Светлые сальные волосы падают ему на плечи. Большая борода скрывает почти все лицо. Защитного цвета брюки и рубашка поло висят на худощавой фигуре, как будто они на два размера больше, чем нужно.

Он почему-то кажется мне знакомым, хотя я абсолютно уверена, что никогда в жизни не видела этого мужика.

Я смотрю ему в глаза. Они светло-голубые и обрамлены темными ресницами.

Сердце начинает колотиться как сумасшедшее, потому что теперь я начинаю сомневаться в своей правоте. Мне кажется, я все-таки знаю его. Мне кажется, это…

– Стив? – восклицает Каллум."