Ритмично. Овладевает, порабощает и подчиняет. Возвращает в каменный век, к первобытным временам. Оставляет горящее тавро дикости. Выжигает каленым железом. Прожигает насквозь.

Мой зад нанизан на разгоряченный до предела стальной вертел, проткнут мужской похотью, заклеймён вздыбленной плотью. Тяжелые толчки распаляют жажду, ведут прямо по остро заточенным граням, окунают в ядовитый омут.

Комкаю простыню в судорожно сведенных пальцах. Извиваюсь. Выгибаюсь. На части раскалываюсь от раздирающих разум в клочья чувств. Возбуждение нарастает, ледяной пот пробивает тело.

Я не знаю, как долго это длится. Время просто перестает существовать. Громадный член не ведает усталости, бьет внутрь, погружается до упора, пробирается тягучими рывками. Еще и еще. Кричу, умоляю, с ума схожу. Впадаю в неистовство, в безумие. Голос срываю, позабыв о нормах приличия, о том, что нас могут услышать. Под тонкий лед ухожу, прямо в студеную воду проваливаюсь.

Вскрикиваю. Сбивчивый шепот перекрывается утробным рычанием хищника. Крупные ладони накрывают мои дрожащие руки, буквально пригвоздив к кровати.

Закостеневший орган ходит внутри как поршень. И я едва представляю, как великанская плоть помещается в моем податливом теле. Толчки становятся резче, мощнее, сокрушают волю окончательно. Размазывают меня. Рушат всякие грани.

Адам показывает варварскую натуру. Обнажает правду.

Мой муж Дьявол.

И кажется… я этому чертовски рада.

18

Сенатор Сеймур ушам своим не верит, когда Адам заявляет, что не намерен принимать участие в грядущих выборах. Точнее — мой супруг не намерен выдвигать собственную кандидатуру. Я тоже не верю. Его заявление кажется откровенно абсурдным. Особенно, после предыдущих усилий и вложений. Кто другой настолько преуспел бы на схожем поприще за такой короткий срок? Шансы на успех максимальные.

Однако Адам и правда предпочитает оставаться на вторых ролях, решает продолжить деятельность в штабе, но партия должна выдвинуть другого кандидата. Во всяком случае, ближайшее будущее он видит именно так.

Мы женаты целый год. Довольно самонадеянно полагать, будто я прекрасно изучила мужа и готова легко предугадать каждый его шаг. Однако очевидные выводы сделать возможно.

Он методично шел к цели. Шаг за шагом. По ступеням. Набирал команду, вкладывался в работу партии финансово и морально, завоевывал сердца избирателей. Зачем? Чтобы отказаться от замысла? Чтобы подарить собственные завоевания постороннему человеку? Ладно, пусть не совсем постороннему, одному из своих соратников. Только черт побери, разве это имеет значение?

Успеваю перебрать самые дикие варианты: от профессионального выгорания до шантажа. Адам устал. Адаму надоело. Адам решил отправиться на заслуженный отдых.