Смолин-старший с отцом и механиками обсуждает проблемы «Субару», я стою чуть поодаль, озираясь по сторонам и прикидывая, пора ли уезжать. Немного страшно гнать одной ночью по трассе на новой машине, но, думаю, с навигатором мы как-нибудь справимся.

— Ну что, готова? — спрашивает Егор, возникший рядом.

— Готова к чему? — улыбаюсь, вновь оглядываясь.

Изнутри святая святых, гараж Смолиных, — как декорация к дорогому фильму о гонках. Я сама словно оказываюсь в фильме — полуразобранные тачки, запчасти, шины. При этом здесь относительно чисто и свежо. Ни пыли, ни сажи.

У стены стенд с кубками, медалями и фотографиями. В центе стоит синяя акула, вокруг которой гонщики и механики круги наматывают. Не хватает только полураздетых девчонок с разноцветными волосами. Осматриваю себя — все, что есть. Я действительно здесь одна-единственная девушка. На часах восемь.

Становится немного неуютно. В красках представляю недобрые комментарии под своим некрологом. Вроде: «А на что она рассчитывала, когда ехала ночью в гараж?» Но Егор как всегда беззаботно улыбается и деловито сообщает:

— Как к чему? Машину нужно обмыть.

— Я же за рулем.

— При чем здесь вообще ты?

Через минуту мы все высыпаем во двор. Один из механиков выезжает в центр на моей чистой, аж сверкающей ауди. Они отполировали ее до салонного состояния. Егор вручает одну из двух раздобытых где-то бутылок шампанского. Фонари освещают тусовку, кто-то включает музыку.

Улыбка сама растягивает губы, и я, видимо из-за стресса или недавней истерики, вдруг начинаю пританцовывать.

— Боже, у меня мурашки! Выпускной в универе был менее торжественным, — кричу, вызывая всеобщий взрыв смеха. Потираю руки.

— Новая детка в семье. Добро пожаловать, — говорит Егор ауди громко, трясет бутылку.

Я ахаю возмущенно! А потом, развеселившись, делаю то же самое со второй.

Шампанское выстреливает потоками пьяной пены. Под музыку и комментарии ребят мы обливаем ауди — капот, крышу, двери, лобовое. Брызги попадают на лицо и одежду, но становится все равно. Весело ведь! Почему бы и нет?

Мы хохочем, превращая покупку машины в настоящее событие. День рождения, не иначе. Такой беззаботности я давно не ощущала и просто не знаю, как себя вести и благодарить команду Охотников, потому что тревога и беспомощность мгновенно сменились легкостью и уверенностью. Они все хорошие люди. Простые, добрые, нормальные. Хочется с ними дружить. Искренне, по-настоящему.

Я обещаю проставиться в самое ближайшее время. Идею воспринимают с восторгом все, кроме угадайте кого. Пока праздновали, Платон переоделся в черное и теперь стоит чуть поодаль, прислонившись плечом к стене здания.

Наблюдает.

Когда в гараже была, он тоже следил краем глаза, словно опасался, что украду пару болтиков.