Правда, лоток с ними носила женщина такого сурового вида, что не удалось сбить ни монеты, но важен же сам процесс! Через пять минут ожесточенного торга Ирвин просто купил помощнику нужное и потащил его дальше, иначе остались бы там до вечера.

– Как ты можешь есть в такой момент? – вполголоса возмущался он.

– Так не знаю, когда в следующий раз получится. Точно не хочешь? – Бринс протянул Ирвину пышный пирожок, вложенный в обрывок газеты, не дождался ответа и снова откусил. – Ошеньвшушно.

– Позже поем, – отмахнулся Ирвин. – У нас дел всего на пару часов, потом вернемся в аптеку, к набитому чьими-то стараниями холодильному шкафу.

Помощник угукнул и откусил еще пару раз, затем тяжело вздохнул.

– В такое хлебное время закрылись, плачу и страдаю, сколько теряем денег! Сделай доброе дело, убери к себе? – Проклятый пирожок снова приблизился к Ирвину. – В меня уже не лезет, а выбрасывать жалко.

– Сам купил, сам страдай! – отрезал Ирвин и крепче сжал ручку своего саквояжа.

Дурная привычка – всюду таскать его с собой. Хотя этот был походным, с самым минимальным набором лекарств. Второй, тяжеленный, Ирвин брал только в госпиталь.

– И-и-ирв! – заныл помощник. «Как девчонка». Вот не видел бы, как тот проходит обследование у Риго, точно бы попытался сейчас ощупать бицепс. – Я же сейчас пойду торговаться за сумку, и тебе будет стыдно!

Ирвин вздохнул и все же забрал себе злополучный пирожок, из которого угрожающе сыпалась начинка. Придется потом крошки вытряхивать и следить, чтобы не осталось жирных пятен. Вот из-за таких штучек помощник его дико раздражал, вместе с тем Ирвин уже не представлял аптеки и своей жизни без Бринса.

Стражников они заметили издали, те так и кружили по торговым рядам, высматривали кого-то. Наверняка искали контрабандистов, готовых привезти нужное сырье в обмен на то, что не окажутся в Птичьей башне.

Признаться, Ирвин не представлял, как завести с ними разговор. Не подойдешь же с прямым предложением помочь с контрабандой? Поэтому пока они тоже разглядывали товар и наблюдали за стражниками.

– Ай, такое гнилье и по такой цене! – громко возмутился Бринс, закапываясь в ящик с яблоками.

"Продавец недобро на него зыркнул, будто хотел в том же ящике и прикопать, а после пустить на удобрения для яблонь, но, завидев стражников, улыбнулся и принялся расписывать достоинства своего товара.

Бринс эмоционально возмутился, нарочно откопал помятые плоды и теперь показательно тряс ими и грозился написать жалобы на продавца, рынок и боги знают, что еще. В итоге цену он сбил, выбрал себе пару сочных красных яблок и протянул их Ирвину.