Подъемник спустил нас на нижний уровень, представляющий собой огромную пещеру с голубыми искрящимися каменными сводами.

- Дальше нам нельзя, Амо должен идти один - произнес Харис, останавливая меня жестом и кивая в сторону прохода из пещеры, явно ведущего куда-то еще.

- Что, и мне нельзя? - всхлипнула мама, с тревогой смотря на брата, который, кажется, вообще ничего не боялся, а просто подпрыгивал от нетерпения, готовый рвануть, куда скажут, чтобы поскорее обрести суперсилу.

- Дорогая, наш мальчик - не младенец. Если может ходить - должен идти один - обнял мою родительницу ее супруг - даже младенцев матери заносят внутрь, но не остаются с ними в тот момент, когда приходит сила тира. Это просто опасно.

-То есть, когда наш сын родится, я просто оставлю его там - я с ужасом оглянулась на своих супругов, сразу хватаясь за живот. Мою кроху несколько дней от роду просто бросить одного в пещере? Да что за порядки такие дикие?

И да, с этими всеми событиями: икеланцы, переезд, акклиматизации, беременность и прочее, я просто не добралась еще до подробностей подселения младенцам их тиров.

Тем более что мы только буквально вчера узнали, что у нас будет сын, а не дочь.

-Ари, это нормально - постарался успокоить меня Харисандр - тссс. Все хорошо, нея. Дыши. Дыши глубже. Вот, возьми - он сунул мне в руку очередную кислую конфету из сока местного фрукта, которые я теперь практически не выпускала изо рта, пару дней назад почувствовав первый приступ токсикоза. Тирианские медицинские технологии этот процесс сводили к минимуму, но слабость и тошнота все равно не проходили у меня окончательно, наверное, потому, что я не тирианка, а человек.

Да, ребенок у меня по расе тирианец, а ощущения такие же, как, по рассказам мамы, были и у нее, когда она носила под сердцем меня или брата. Да и мама Лариса подтвердила, что у нее было то же самое, правда, не при каждой беременности.

Конечно, я могла остаться дома, чтобы не нагружать свой организм, в данный момент пребывающий не в самом бодром состоянии. Но для меня самой было очень важно сопроводить Амо в этом путешествии, потому что после него жизнь брата станет совершенно иной. Я очень хотела быть в этот самый момент с ним рядом.

Мама схватила Амо, крепко обняла, целуя в щеки. Тот, зная, как наша родительница любит объятья и прочие нежности, не сопротивлялся и стойко терпел, обнимая маму в ответ.

От меня парочку поцелуев мой младший тоже заработал.

Я еще раз внимательно осмотрела Амо, отметив румянец на его щеках, ясный взгляд и отсутствие кругов под глазами. Ни разу с момента отбытия с “Экраны” брат не начал задыхаться или кашлять. Он был полностью здоров, полон сил и бодр, что радовало меня и маму бесконечно.