— Я тебе бывшая, а не жена.

Щетинюсь, а когда он фиксирует за затылок и тянет на себя — упираюсь в плечи для равновесия, а не чтобы отталкивать.

Между моих губ оказывается его язык. Напор поражает. Мне кажется, что Игорь состоит из чистого адреналина. А я давно не получала нужную мне дозу.

Он целует меня откровенно, не спрашивая разрешения. Я начинаю задыхаться от ощущений и его мощи. Он отстраняется.

Блуждает глазами по моему лицу, тормозит на глазах.

— Бывшая… Будущая… Формальности всё это. Жена и жена.

Это ни черта так не работает, но я отчего-то смеюсь. Взгляд Игоря снова становится опасным.

— Смешно тебе?

Киваю от растерянности. Он подается вперед и снова впечатывается ртом в мой рот."

"Я бы врала, сказав, что не понимала: к этому шло всю неделю, но сейчас теряюсь. Должна оттолкнуть… Наверное. А в реальности проезжаюсь ладонями по рукам. Стискиваю плечи.

Игорь издает странный звук — почти рык — в мои губы. Отрывается и дергает тенниску через голову.

Сам берет мою кисть и прижимает ладонь к горячей груди. От ритма его сердца и мое начинает вылетать. Бешеное просто. И он бешеный.

— Что смотришь? — он спрашивает так, что хочется опустить взгляд и сказать, что ему показалось. Но я поступаю иначе.

— А ты точно можешь? Сто пятьдесят ударов в минуту… Не меньше… Скорую не придется вызывать? Я же быстро не смогу. Нога. Сам понимаешь…

Очень ожидаемо и совсем неожиданно получаю легкий, но звонкий удар по ягодице.

Возмущаюсь громким:

— Ай!

— Прежде, чем я уеду от тебя сдыхать в какой-нибудь больничке от сердечного приступа, тебе придется еще дохрена поработать, малыш. Понимаешь, о чем я?

Я-то понимаю, но продолжаю упрямиться. Мотаю головой.

Игорь ловит и прижимается губами к губам. Лижет мои. Спрашивает:

— Сладкая такая почему?

— Пломбир ела, — произношу правду шепотом. Он снова ведет по губам.

— Один большой пломбир.

Больше не разговариваем. Бывший муж целует — напористо. Не давая усомниться, чем дело закончится. К подвигам на столешнице я пока что скорее всего не готова, поэтому мы повторяем привычный уже трюк с передвижением по квартире. Игорь несет меня в спальню. Укладывает, раздевает, любуется…

И я тоже любуюсь.

Ложится сверху — глажу. Его тело изменилось. Я вожу подушечками по татуировкам, которые так манили при первой нашей встрече. Они завораживают. Пугают. Но сильнее пугают шрамы.

— Тебе было очень плохо? — спрашиваю, осмелившись посмотреть в глаза. Его взгляд лижет мою кожу языками пламени.

— Уже без разницы. Теперь будет хорошо.

Игорь склоняется, я чувствую себя наполненной. Прогибаюсь и закрываю глаза.

Если быть честной с собой же, мечтала об этом давно. Особенно сильно — с ночевки в палатках.

И каждую ночь вот теперь, когда моя лучшая в мире печка ночует рядом.