Виталий взглянул на здание, перед которым стоял, и медленно прочел: «Гостиница „Северная“. Из последних сил он толкнул тяжелую дверь. Навстречу ему двинулся старый швейцар.— Тут… остановилась… моя… — Виталий еле шевелил пересохшими губами.

— Знаю, — неприязненно сказал швейцар и зачем-то совсем близко придвинулся к нему, словно принюхиваясь, потом взял Виталия под руку и уже совсем по-другому, дружески и заботливо, прибавил: — Пойдем, милый. Ишь, как тебя скрутило!

«Только не потерять сознание, — подумал Виталий. — Только успеть все сказать».

— А она-то как раз ушла, — донесся до него откуда-то голос швейцара.

— Позвоните… в гормилицию… Федорову… пусть срочно… придет…

Костя примчался через полчаса. Виталий был в каком-то полузабытьи. Он то вскрикивал, бормотал что-то, то стискивал зубы и стонал. Потом он затих, дыхание стало ровнее. Костя решил его не будить. Он сидел тихо, не сводя глаз с исхудавшего, пылающего лица Виталия. Сидел, боясь пошевелиться, и думал о том, какая же у них чертова работа, но расстаться с ней можно, только расставшись с жизнью.

Вскоре пришел знакомый старик врач из санчасти. Он осмотрел больного, сердито покачал головой и сделал укол, потом заставил Виталия проглотить какие-то пилюли.

— Семен Ильич, что с ним? — спросил Костя.

— Всего лишь простуда, но… — старик сдвинул на лоб очки и внимательно посмотрел еще раз на больного, — но наложилась нервная реакция, сильнейшая. Откуда этот юноша?

— Из Москвы. Наш сотрудник. С очень сложным заданием.

— Так чего вы удивляетесь, я вас спрашиваю? — И, подняв палец, он строго добавил: — Учтите, сейчас ему необходим абсолютный покой. Вы меня понимаете? Абсолютный!

— Мне необходимо с ним поговорить.

— Поговорите завтра.

— Семен Ильич, сейчас надо, — взмолился Костя. — Хоть два слова чтобы сказал."

"— Вы русский язык понимаете? — окончательно рассвирепел тот. — Не трогать! Через час я пришлю за ним. Госпитализируем.

В это время в комнату неслышно вошла Светлана. Видно, швейцар ее уже предупредил о случившемся.

Старик удивленно посмотрел поверх очков на девушку.— А вы, извините, кто будете?

— Я?.. — смешалась Светлана. — Я…

— Это его друг, — быстро сказал Костя. — Она тоже из Москвы.

— Ага, — удовлетворенно кивнул головой старик. — Ну, так я пока на вас надеюсь. Именно на вас. А то эти молодые люди забывают обо всем на свете со своей сумасшедшей работой.

В ту же ночь Косой один уехал в Москву. Его никто не провожал.Виталий очнулся только утром, уже в госпитале. Он сразу подумал обо всем, что с ним случилось, и вспомнил вдруг то, что мучительно не мог вспомнить в ту памятную ночь в доме Анисьи, вспомнил и в отчаянии зажмурил глаза.Портсигар Достоевского исчез вместе с Косым.ГЛАВА 5.