Начитавшись за выходные полезной литературы, я прекрасно понимал, насколько он прав. Он действительно оказывает нам всем большую услугу. Те, кто полезет в самую глотку, должны быть прекрасно подготовлены. И, честно говоря, меня удивляло, что на эту подготовку отводится всего два месяца. Чему за это время можно научиться?

Когда все закончили отжиматься, а опоздуны заняли свои места, сержант ещё раз прошёлся вдоль неровного строя и снова заговорил, каким-то другим, отеческим что ли, тоном.

— Почти все вы служили в армии, и наверняка с особой теплотой вспоминаете выравнивание по ниточке одеял и подушек, и другие подобные развлечения, — тут по казарме прошёл гул. — Вижу, помните. Я вас разочарую. Такого здесь не будет. Только в Карелии в год гибнет от ста до двухсот аномальщиков. Шанс погибнуть у вас появится ещё во время учёбы. У нас есть два месяца на то, чтобы дать вам базовую подготовку, и выявить, кто годен для этой службы, а кто нет. Всего два месяца, я подчёркиваю. Нам нет нужды занимать вас изображением бурной деятельности, потому что вы будете заняты учёбой. Но это не значит, что у нас здесь будет анархия, беспорядок и вседозволенность. Порядок необходим, и привычка держать вещи в порядке дисциплинирует, а в некоторых случаях может и спасти жизнь. Невыполнение приказов в боевой обстановке может стоить жизни всему отряду. Поэтому я приказал выгнать того придурка с наколками. Он наглядно продемонстрировал неготовность приказы выполнять, а значит, среди аномальщиков он опасен для себя и других. Всё понятно?

— Так точно! — нестройно гаркнула рота сотней глоток.

— Меня зовут сержант Рысев, обращаться ко мне — товарищ сержант. Остальное узнаете по ходу. Да, ещё момент. Впервые на моей памяти среди курсантов есть девушка. Кто решит, что она здесь для развлечения, отправится домой, — сержант обвёл всех тяжёлым взглядом. — А теперь пять минут на посещение туалета, и строем на завтрак.

В столовой рассаживались также по номерам. Один стул остался пустым.

За завтраком, поглощая овсянку вперемешку с котлетой из неопознаваемого мяса, мы успели обменяться с Майей первыми впечатлениями.

— Ну как тебе наш сержант? — спросил я её.

— У меня сложилось впечатление, — девушка задумчиво глянула в сторону отдельного столика для сержантов, — что он печётся о новобранцах куда сильнее, чем хочет показать. И поэтому строг.

— А мне показалось, что он просто решил над всеми нами поиздеваться, заставив отжиматься из-за нескольких тормозов, — поделился своим ценным мнением парень справа от меня.

— Да ладно, сержант, это его работа, — философски заметил мужик лет тридцати напротив него, слева от Майи, кажется, наш сосед. — Намного интереснее, как такую красивую девушку к нам сюда занесло.