Исключения бывали, но Майю, похоже, опекал её начальник, и сколько бы она не писала заявления о переводе, всё без толку.

На третий день, ближе к обеду, к нам вдруг зашёл Тимур Маратович. Сам. Лично. К нам в бокс. Без биологической защиты.

Это было настолько неожиданно, что мы с Майей не сразу сообразили хотя бы встать.

— Всё, закончился ваш карантин! — рассмеялся он, видя нашу реакцию. — Сейчас вам принесут вещи, собирайтесь, и чтоб духу вашего здесь не было!

— Есть собираться! — радостно воскликнула девушка, и тут же сникла. — Тимур Маратович, а что делать Алексею?

За время пребывания Майя как-то постепенно перешла на неформальное общение. Выкать, правда, не перестала, но хотя бы по отчеству называть перестала. По отчеству меня только подчинённые всегда называли, а с симпатичными девушками я всегда предпочитал общение исключительно по имени.

— А это и будет твоё новое задание! — обрадовал её начальник.

То есть, он в этот момент выглядел так, будто ожидал, что Майя расплачется от счастья. А Майя от его слов с лица спала.

— Почему я? — только и смогла она спросить, настолько растерялась.

— Ну ты мозг-то включи и подумай, — Тимур Маратович неодобрительно покачал головой.

— Потому что моё дело под грифом «секретно»? — попытался угадать я.

— Вот, — начальник кивнул в мою сторону, — товарищ Неверов верно мыслит! Из рядовых сотрудников только у тебя допуск есть, и то, только потому, что оказалась в нужном месте в нужное время.

— Потому что короткую соломинку вытянула, — буркнула Майя, и вытянулась по струнке. — Что я должна делать?

— Познакомишь товарища Неверова с нашей жизнью, поможешь социализироваться, найти применение талантам. Вернёшься в отдел, когда Алексей Вячеславович получит первую зарплату.

Мне стало как-то неудобно перед девушкой. У неё планы, свидания, кино, запросы на перевод, а ей тут со мной нянькаться.

— Товарищ полковник, — спросил я, — а есть ли в этом необходимость?

— Есть, — спокойно кивнул он. — Иначе вас, боюсь, первый же патруль остановит. Устанем отмазывать."

"— Понял, принял, осознал, — пошутил я. — Тимур Маратович, а всё же, как попасть в аномальщики?

— Тьфу ты, — скривился он, как будто лимон съел, — ещё один на мою голову! Узнаю я, что можно сделать! Устроит?

— Устроит, товарищ полковник! — и тут меня понесло, что называется. — А за лейтенанта Бурову узнаете?

— Не наглейте, товарищ Неверов, — в голосе Тимура Маратовича звякнула сталь. — Держите.

Он подал мне бумажный пакет, который до этого держал в руках. Довольно увесистый пакет, надо сказать.

— Что это? — подняв глаза на полковника, спросил я.

— Паспорт гражданина Советского Союза. Настоящий, — Тимур Маратович усмехнулся, заметив моё недоверие. — Все данные Ваши настоящие, включая год рождения.