Там было всё стабильно — относительно небольшие контингенты российских и немецких княжеств плюс собственная армия Северного королевства примерно с февраля медленно, но верно стали теснить британцев, постепенно освобождая от оккупации всё больше и больше территорий.

Что же касается моих виртуальных полей сражений, то и там тоже всё более-менее нормализовалось. По крайней мере, таких острых баталий, как в декабре в «Триединстве» уже нет. Но «наши» обозреватели находят спорные темы не только во внешней политике, но и во внутренней. А наши эсбэшники редактируют их сценарии, чтобы случайно не перейти черту.

Обозреватели Канцлера отвечают зеркально. В общем, бодаются бравые интернет-воины друг с другом, стирая пальцы о клавиатуры.

А фактически в интернет-пространстве паритет.

В экономической сфере тоже достигнуто хрупкое равновесие. Умышленно задавить нас Канцлер не пытается, но некоторые имперские аристократы, будто желая выслужиться или хотя бы не замараться связями с нами, игнорируют наших вассалов. Но на свободные места приходят другие аристократы. Княжеские или такие же имперские, но более дальновидные.

В общем, как я и предполагал, в начале года ситуация для княжества Енисейского складывалась вполне благоприятная. У нас была возможность и что самое важное — время продолжать наращивать мощь: экономическую, политическую и военную, чем мы и занимались.

Постепенно приближалась предполагаемая дата родов Сони — четвёртого мая.

Вот только перед этим важным событием нас с Соней ожидало одно важное «рабочее» мероприятие. На тридцатое апреля была назначена свадьба наследного великого княжича Крымского и любимой внучки Канцлера.

Хоть я и говорю «нас», пережить это мероприятие нам предстояло раздельно.

— Да не хмурься ты так, — поглаживая огромный живот, усмехнулась Соня ранним утром тридцатого апреля.

Мы вдвоём стояли в спальне нашего недавно построенного дома в Енисейске. Я только что вышел из гардеробной, был вроде бы готов покинуть комнату, но отчего-то медлил.

В голове роилось мысли. Я бы с радостью остался в Енисейске, но проигнорировать столь важное событие князь не может.

— Я не буду задерживаться и сразу полечу домой, — взяв жену за руки, проговорил я.

— Дорогой, — с лёгким укором сказала Соня. — Не похоже, что наш сын решит выглянуть и посмотреть на мир в ближайшие два дня. Я не сомневаюсь, что ты успеешь вернуться и вместе со мной будешь ещё пару дней томиться в ожидании.

— Если вдруг начнутся роды, сразу мне звони, — серьёзным тоном сказал я.

Соня вновь улыбнулась и коснулась ладонью моей щеки.

— Обязательно, — пообещала она.

Я аккуратно обнял её и поцеловал. Затем положил руку ей на живот. Десять секунд так простоял.