В их ситуации горькая правда была важнее сладкой лжи.

Им принесли заказ. Корнел ненадолго замолчал, пока официант расставлял блюда.

– Бери, что видишь. Местный этикет не особо отличается от нашего, точнее уже вашего, – уточнил Корнел и подал Стайгену бокал с вином.

– Давай, я продолжу. Не стоит терять время. Я хочу, чтобы ты выслушал мою историю до конца.

– Ты думаешь, мне не интересно? Я только этого и жду, – сверкнул глазами Корнел.

Стайген начал неприятную и одновременно самую захватывающую часть повествования. Он дошёл до знакомства с Никой. Впервые в жизни он кому-то рассказал, как отобрал у пьяных солдат девушку со спутанными волосами. Как посадил её в дворцовую тюрьму, всю ночь гадая, почему она так похожа на королеву с портрета. Рассказал про пророчество, найденное в той же тюрьме при реконструкции.

– Я знаю о пророчестве, – сообщил ему Корнел, глотнув вина. Хотелось напиться, чтобы не думать о всём случившемся, но он не мог позволить себе расслабиться. Не сейчас. – Стихи написал Сандор, за те крамольные слова отец посадил его в тюрьму. Ничего не предвещало войны, а тем более такой долгой. Это казалось просто нереальным. Но об этом потом. Пока я хочу услышать продолжение твоей истории.

Стайген вздохнул, попробовал напиток, который предложил ему принц. Однако, недурно! Он рассказал о своих сомнениях, о причинах, по которым забрал к себе Нику, о визите короля и его приказе жениться. Он не торопился, подбирал слова, чтобы Корнел не увидел в его действиях ничего плохого.

– И ты действительно хотел жениться на моей сестре? – приподнял брови Корнел.

Стайген задумался.

Как верно ответить на вопрос, который он не раз задавал сам себе?"

"– Я не мог представить рядом с собой другую женщину. Я любил Нику уже тогда, боясь себе признаться в этом. Но, как выяснилось позже, её планы разительно отличались от моих. Перед поездкой я твёрдо решил забрать Нику в Тармену, сделать из неё настоящую королеву. Однако, стоило мне только уехать, она тут же оказалась с повстанцами, которые к этому времени хорошо подготовились. Они знали всё! Знали, где находится оружие, где и сколько солдат. Все мелочи, которые знал только я, стали известны и им. Это сыграло немаловажную роль в успехе восстания. Именно Ника предоставляла им всю информацию. Когда я понял это, то сильно обозлился на неё. Но я тогда не думал, каково ей быть пленницей в собственном доме. Я считал её предательницей. До того момента я думал, что всё знаю о моей жене. Но я жестоко ошибался… Не пойму одного, как Ника заставила народ поверить в то, что она действительно наследница Урсула?

Стайген замолчал, вновь переживая все те события, а настроение Корнела заметно улучшалось с каждой фразой.