Ему, почему-то, показалось, что он услышал голос своего учителя, до раздерут его задний проход плешивые псы, которых Орун так не любит.

Впрочем, промелькнувшая в сознании мысль, тут же исчезла. Все, на чем был сосредоточен Хаджар – текущий бой.

Остановившись перед ударом, мощь которого разливалась по округе жутким эхом, он вытянул перед собой руку. И за мгновение до того, как её рассек удар мечника, Хаджар резко опустил её вниз.

Порыв ветра, созданный этим простым движением, отклонил технику мечника. Несильно. Даже недостаточно, чтобы Хаджар полностью избежал удара.

На его правом плече появилась глубокая, кровоточащая царапина. Но о таком повреждении мог лишь мечтать напавший справа член клана Хищных Клинков.

Решив воспользоваться лобовой атакой союзника, он подгадал момент и сам ринулся в ближний бой. Две боевых серпа, зажатые в его руках, уже скрестились для мощного, крестового удара, но перед самой атакой ему в бок ударила вся ревущая мощь техники, созданной тяжелым мечом.

Не готовый к прямому попаданию техники, успев лишь призвать своего Духа-Зверя, он отлетел на несколько метров в сторону. На землю же упал вовсе не раненный адепт Хищных Клинков, а изрезанные куски мяса, некоторые из которых защищала броня Небесного уровня.

– Я убью тебя! – увидев смерть родственника от собственной техники, мечник ринулся в лобовую.

Он замахнулся в жутком, рубящем ударе. От одного лишь этого взмаха в него поднялся столп энергии, способный уничтожить слабого Небесного Солдата."

"Но Хаджар был быстрее. Быстрее настолько, что даже шлейфа черной энергии за собой не оставлял. Нет, когда он двигался, то кто, кто были способны уследить за его движениями, видели перед собой лишь вспышку драконьих очертаний, но не более.

Подобравшись вплотную к шокированному противнику, Хаджар вытянул вверх левую руку. В итоге тяжелый двуручный меч даже не успел упуститься. Две руки, его сжимавшие, оказались полностью блокированный Хаджар.

В то время, как свободной, правой ладонью, сжав её на манер когтистой лапы, он резко провел по незащищенному броней горлу мечника.

Кровь брызнула на лицо Хаджару, но так и не успел окрасить его кожу в багряные оттенки. Меч, выпав из рук дергающегося в предсмертной агонии мечника, крутанулся в воздухе и рассек голову бывшего хозяина.

Кадык, вырванный с мясом, полетел прямо в глаза обладателю сабли. Тот, оказавшись намного более опытным, нежели его собратья, взмахнул оружием и, отбив кровавый снаряд, продолжил атаку.

Его сабля сверкала с такой скоростью, что создавала иллюзию, будто на Хаджара нападает не изогнутая полоса стали, а серебряный, не знающий прорех, шар.

Сабля летела со всех сторон, секущие, режущие удары сливались воедино. Воздух вибрировал от силы.