Если бы догадался, что старый интриган хочет избавить своего пса от всякой привязанности, то никогда бы не сделал такого необдуманного шага.

Но Хаджар проиграл.

Впервые в жизни он проиграл на том поле, которое так ненавидел – он не смог переиграть чужую интригу. Хотя, наверное, если бы он сумел переиграть самого Императора Дарнаса, то ему было впору занимать место Моргана…

И его глупость стоила жизни Уч…

– “Когда придет час, ученичок – рубись всласть. Мы ведь воины, Хаджар. Мы не сидим дома и не ждем, пока жена, подоив коз, придет готовить нам ужин. Нет, наш ужин – плоть врага, которую мы наматываем на меч. Мы не умираем в своей кровати, окруженные правнуками и их детьми. Нет, мы умираем в собственном дерьме на поле брони – среди вони и трупов наших братьев. Мы несеем, не пашем, не пишем стихов, не сочиняем баллад. Мы сражаемся, Хаджар. Сражаемся ради того, чтобы другие могли приласкать уставшую, после дойки, жену. Чтобы другие могли посмотреть правнукам в их теплые глаза. Чтобы другие написали красивейшую из картин, чтобы другие сочинили песни. Желательно, конечно – о нас. Мы воина, Хаджар. Мы покрываемся кровью друзей и врагов. Но это не значит, что мы должна страдать из-за этого. Поэтому я тебе и говорю – получай наслаждение от своей жизни. А что твоя жизнь, ученичок? Что жизнь воина?”

Что такое жизнь воина?

Хаджар сжал Черный Клинок. Ответ был прост – жизнь воина это его меч. То единственное, что будет с ним до самой смерти, что разделит эту самую смерть и последний миг жизни.

Хаджар открыл глаза. Он смотрел на мир вокруг себя так, будто видел его впервые. Его сердце все еще билось. Оно совершало удар за ударом, разгоняя кровь по его жилам.

А если сердце все еще билось – то его меч пока не упал вместе с ним в могилу – ведь его меч и есть его сердце. Ибо все вокруг его меч. Каждый поток ветра, который стал с ним един – это его меч. Каждый шорох осенних листьев, ставших с ним единым – это его меч. Каждый луч солнца, каждая непролитая слеза, каждая несыгранная нота, каждая пылинка, каждый камень –это его меч.

Мир был с ним един. А значит он был един и с его сердцем. Значит был един с его мечом. Так же, как был един с мечом и Хаджар.

А если мир, как и Хаджар, был един с мечом, то кто,тогда управлял клинком Хаджара? Тот же, кто и управлял его жизнь – сам Хаджар.

Тирисфаль Орун, Величайший Мечник Империи Дарнас, вовсе не совершил самоубийства, он преподал своему ученику последний и самый важный урок.

– Пойдем, Елена, – Тирисфаль развернулся и шагнул за порог дома предков.

– А кто это был?

Тирисфаль остановился и еще посмотрел в сторону горизонта.

– Время покажет, Елена. А пока – мой Ученик. И видят боги, если он не размажет этого напыщенного ублюдка, то я с того света вернусь и надеру его задн…

Мир вокруг застыл.