А затем, подняв взгляд к разваливающейся крыше, прогремел так, что его действительно слышали во всех уголках столицы. – Спустить флаги! Объявить трехдневный траур! Подготовить лучшую похоронную церемонию! Двести тысяч воинов отдадут последний салют во славу почившего, Великого Героя Оруна! И тысячи лет менестрели и барды будут воспевать его бессмертную славу!

Закончив с речью, Морган подошел к телу Оруна. Он наклонился и положил свой окровавленный меч ему на грудь."

"Орун шел по цветочному лугу в сторону старого, обветшалого дома. Там были слышны песни и лязг звенящих бокалов. Ароматы веселья разлетались по округе.

У самого порога его ждала девушка. Её глаза были завязаны алым платком, что ничуть не портило её небесной красоты.

– Здравствуй, Тарисфаль.

– Здравствуй…

– Елена, – ответила девушка.

Тарисфаль улыбнулся. Только из её уст его дурацкое имя звучало гордо и красиво.

– Здравствуй, Елена, – произнес он прекраснейшей из имен.

Он подхватил её на руки и закружил над цветами. Она смеялась ему в ухо и что-то шептала. А он зарывался лицом в её волосы, которые пахли костром и дорогой.

– Пойдем, – она потянула его за руку внутрь дома. – они уже ждут нас.

Тарисфаль сделал было шаг, но замер.

– Прости Елена, мне нужно немного подождать.

– Подождать чего?

Тарисфаль улыбнулся.

– … приветствовать вас на четвертом туре Турнира Двенадцати, – эхом донеслось после того, как стихли аплодисменты.

В этот день вся Арена была забита битком. Вплоть до того, что организаторам пришлось потрудиться и соорудить летучие трибуны, на которые продали дополнительные билеты.

Желающих посмотреть на ученика почившего Великого Мечника Оруна было хоть отбавляй. За посоледние несколько дней количество слухов, связанных со смертью Великого Мечника, превысили даже количество слухов на тему покушения на жизнь Императора.

– Вы видели церемонию прощания? – слышалось на трибунах. – Говорят, её проводил сам Император!

– Удивительно – он ведь и казнил Оруна.

– Нет, Орун сам себя казнил, чтобы заслужить прощение для ученика.

– Разве у него был ученик?

– С какой звезды ты свалился?! Он сейчас и будет сражаться!

– А откуда ты знаешь? Пары ведь выбираются случайным образом.

– Нет, ну ты действительно как вчера родился!

Под аккомпонимент подобных разговоров на боевую сцену – восьмиугольник, на метр возвышавшийся над уровнем земли, поднялся ничем не примечательный юноша.

Простые, сотню раз штопанные одежды, пара перьев в волосах, какие-то фенечки, левая рука покрытая алой татуировкой и еще длинные, густые, черные волосы, которые сейчас были затянутые в распушившийся хвост.