– Ты совсем с ума сошел? Если про Хищных Клинков нельзя говорить, то про Императорскую семью даже думать не стоит!

Мальчишка, наблюдавший за этим через подзорную трубу, только улыбнулся.

– Кстати, по традиции Наследник Императора должен участвовать в турнире. Вы его видите?

– Да его никто, кроме аристократов и не опознает, – отмахнулся один из соседей зрителя. –Так что вплоть до последних дней Турнире можешь и не стараться его вычислить. Вряд ли у тебя получился.

– Не только его…

– Что ты хочешь этим сказать?

– То, что я слышал, будто не только сын Императора участвует в Турнире ДВеннацдати, но и его дочь.

– Эта сумасшедшая? Она еще не оставила свои притязания на престол?

– Именно она.

– Глупая девка, – фыркнул зритель. Кажется, он забыл собственное предупреждение на тему, что не стоит высказываться о семье Императора. – Женщина Император? Такого ни в одной Империи еще не было.

– Не было, – согласились рядом. – Но вы знаете закон – трон займет сильнейший представитель Императорской семьи. И она не оставит своих ппоыток надеть корону.

– Если у неё получится, видят боги, я переду в Ласкан! Хоть в качестве раба, хоть в роли ишака! Но кланяться какой-то девке я не стану, пусть и Императорской крови, не стану!

– Ну и дурак.

Мальчишка отвлекся от разговоры зрителей и вернулся к наблюдению за происходящим на многочисленных аренах. Кто-то вылетал, так и не сумев заставить камень хоть как-то отреагировать на удар. Кто-то просил и даже умолял судей дать ему еще один шанс – у таких, обычно, камень сиял зеленым.

Но большинство, все-таки, умудрялись зажечь артефакт синим. Некоторые – и другими цветами. Но чем ближе к заветному коричневому, тем меньше разноцветных камней появлялось.

Более того – никто, с самого начала испытания, так и не смог зажечь артефакт коричневым. Более того – рекорд Анис Динос, без малого – повредившей артефакт, оставался не побит.

Зрителя рассуждали на тему, что ни кто не хочет демонстрировать свои истинные возможности, а Анис попросту решила таким образом “напомнить о себе”. Кто-то даже назвал это “отменным плевком в любимого дядю”. От остряка, почему-то, все сразу отодвинулись.

А когда мальчишка повернулся к нему еще раз – странное дело, найти остряка не смог. От этого у него по спине пробежали мурашки…

Спустя несколько часов, наполненных вспышками от самых разных техник и ударов, сиянием множества духов и статью тысяч адептов, первое испытание закончилось.

Из тридцати тысяч изначальных участников, на песке осталось около двадцати шести тысяч. Как и говорил старик ректор – первое испытание не так уж и сильно повлияло на количество претендентов.

Зато показало множество известных личностей. Среди них был и герой всех простолюдинов столицы – Эйнен Островитянин.