Бывали времена, когда наш род никого не лишался, — отец отвёл взгляд, и я понял, что это не всё.

— Что не так?

— За тысячелетия мы породнились со многими родами, включая королевский род Ирвентов.

— Так понимаю, зов забрал их близких? — Отец кивнул. — Постой, но зов же забирает всех без разбора. Как они поняли, что проклятие перекинулось на них?

— Потому что до того момента, в ком текла наша кровь, зов не забирал. — Я нахмурился. Звучало несколько абсурдно. Получалось, членов рода Арес зов забирал. А тех, с кем мы роднились… их потомки получали иммунитет от зова?

— «А что, если проклятие завязано на имя рода? Как в Поттериане, вроде бы главный злодей смог наложить чары на своё имя. Почему же на Грее до подобного не додумались?» — появилось у меня предположение.

Тем временем отец продолжал.

— И поначалу из-за этого-то с нами желали породниться все сильные мира сего.

— И долгоживущие расы?

— Блин, привязался ты к ним! — проворчал отец. — Нет, с ними мы не роднились. Все они чтут чистоту крови и мягко говоря презирают смешение кровей. Исключением являются одаренные «S» и «SSS» ранга. От союза с таким сильным родителем очень часто рождаются сильные дети.

— Ясно. Ладно, мы снова отклонились от темы. — Отец серьёзно посмотрел на меня. Я же в своё оправдание сказал. — Ну, а что ты хотел? Ты рассказываешь о вещах, о которых я никогда не слышал. Разумеется, мне всё интересно. — Я сделал паузу. — Мне понятно, что мы стали своего рода распространителями проклятия. И ещё мы были и есть приоритетная цель для зова. — Вопросов было ещё очень много, но постепенно картинка начала складываться. — Постой, но если я защищён архилом, то проклятие заберёт кого-то другого. И как только это произойдёт, я спасен?

— Нет, Анд, — сказал Бастиан, а я уставился на него, ожидая продолжения. — Зов заберёт кого-то из другого родственного нам рода. Тут ты прав. Но он не оставит тебя в покое. Только «С» ранг убережёт тебя от зова.

— Несправедливо выходит, — проворчал я и с надеждой в голосе спросил. — Это точно?

— Да.

Несколько минут я обдумывал сложившуюся ситуацию.

— Получается, ценой моей отсрочки будет чья-то жизнь, в ком течёт наша кровь?

— Да, — с явной неохотой ответил Бастиан.

— А дети? Дар пробуждается в тринадцать-четырнадцать лет. — вспомнил я о племянниках, детях Сэма.

— Не беспокойся. На детей нашего рода зов не действует пока не пробудится магическая искра.

— Хммм, а бывало, так, чтобы люди, в ком течёт наша кровь, рождались неодарёнными?

— Нет, — тут же ответил Бастиан. — И опережая твой следующий вопрос, наши предки пытались плодить бастардов.

— И что? — спросил я.

— Зов всё равно забирал членов рода.

— А может проклятие завязано на имя?

— Такого не существует, — ответил Бастиан.