Я дергаюсь в его руках и рвусь на свободу, как птичка, которую против воли посадили в маленькую клетку. Она бьется, теряет перья, но твердые прутья не поддаются. Вот и для громилы все мои бессмысленные трепыхания не значат ничего.

Он ловко закидывает меня на плечо.

Я бью широкую спину. Зову брата. Но никто не приходит мне на помощь. Никто не пытается освободить, забрать и лап чудовища со шрамом на лице.

Большая ладонь ложится мне на задницу. Мужчина буквально припечатывает меня к своему плечу.

Я продолжаю биться в истерике, и все больше трусь об обжигающую ладонь.

От этих движений, кажется, платье совсем задирается, и лапища бандита уже бесстыдно покоится на моей оголенной коже.

Мужчина не церемонится со мной. Сваливает на заднее сидение своего большущего внедорожника и захлопывает дверь.

В стрессе, я даже не догадываюсь одернуть платье, а сразу бросаюсь к дверце. Вот только она уже заблокирована.

– Лееееня! – кричу во все горло. – Леня, пожалуйста! Прошу, спаси…

Мои крики затихают, когда громадная машина трогается с места. Они превращаются в немую истерику.

Я обессилено падаю спиной на спинку диванчика.

Не думала, что со мной может случиться что-то подобное. Даже в кошмарах такого ужаса никогда не видела.

Все происходящее больше напоминает смерть. Только не быструю и гуманную, а долгую и мучительную.

А ведь буквально час-два назад все было иначе. Мне позвонила подруга, чтобы уточнить, готова ли я сегодня отжечь.

– Ага, – ответила я. – Только бы Леня не спалил, как в прошлый раз.

– Ну, если что, я этого тюремщика на себя возьму. Пора уже ломать жестокую дедовщину, – с уверенностью заявила Маша.

– Скажешь тоже, – хмыкаю. – Он просто заботится обо мне. Вот и все.

– Ну, да. Будто тебе все еще восемь.

Подруга права. Мне давно не восемь лет, и Лене следует считаться с моим мнением."

"– Злат! – орет из прихожей внезапно вернувшийся брат.

Я решила, что пора уже сказать ему, что я взрослая, и вполне могу решать сама за себя.

Вот только мое возмущение так и застряло где-то в горле.

Леня уже скидывал с антресоли большую дорожную сумку, куда без разбора запихивал все, что попадалось под руку.

– Злата, быстро собирай вещи, мы уезжаем! – орал он на меня, застывшую в проходе.

Чутье подсказывало – случилось что-то ужасное.

Мой брат по натуре спокойный и неконфликтный человек. Он законопослушный гражданин и моя главная опора.

Но теперь паника в его взгляде ломала привычное мироощущение.

Стало дурно.

Я пыталась как-то разобраться в ситуации, начать действовать, но пошевелиться не могла.

Брат сильно нервничал. Я никогда не видела его таким.

Быстрые, резкие движения, и в сумке скрывалась новая партия вещей. Я даже не могла понять, что именно берет с собой Леня.

Кажется, он и сам не соображал в тот момент.