С этими словами Амир достигает моей груди и ладонью начинает поглаживать соски, которые почему-то стали твердыми и остро реагируют на касания мерзавца.

Его член, упирающийся в меня сзади, кажется, становится еще больше! Хотя мне и до этого чудилось, что там не мужской половой орган, а гигантская бейсбольная бита. Объемная и твердая. Такой и пришибить недолго.

Быть может, это все просто игра моего перепуганного воображения. Ни каждый день меня похищают и нагло лапают здоровяки.

Тяжелые узлы внизу живота становятся туже. Там все тянет и сжимается. Общее состояние ужасное. Меня мутит.

– Не бойся – трахаться я умею. Отжарю так, что имя свое забудешь.

Сейчас голос бандита меняется. Впервые за все время нашего знакомства он уже не такой холодный и резкий. Теперь в нем звенит оглушающая похоть.

Ручища уже ползет дальше, хватает меня под подбородок и запрокидывает голову.

Сама не понимаю как другая рука мужчины вдруг оказывается в моих трусиках.

Это становится последней каплей. Я с ужасом представляю, как это сделает со мной первый встречный незнакомец, прямо на полу на злосчастной шкуре, которую я уже ненавижу.

Каким-то чудом мне удается дернуть головой. Наверное, Амир просто теряет абсолютный контроль от возбуждения.

Я со всей силы кусаю его шершавую ладонь. Впиваюсь зубами, точно собака, желающая разорвать обидчика насмерть.

Не дамся! Не позволю так с собой поступать! Я не шлюха! Я не собираюсь обслуживать этого бугая, пока он издевается над моим братом.

На мое удивление, мужчина разжимает захват, выпуская меня из тисков крепких рук.

Не знаю, что сейчас руководит мной. Я делаю несколько резких шагов в сторону, хватаю со столика узкий пульт.

– Отойди! – выставляю гаджет перед собой, точно это нож.

– И что ты сделаешь? – хмыкает бандюга. – Пультом насмерть забьешь?

Я понимаю, что поступаю глупо. При этом продолжаю стоять в той же позе. Так мне комфортнее. Срабатывает иллюзия защищенности. Будто у меня и вправду есть оружие против этого бугая.

– Я не сдамся, понятно?! Не позволю трогать меня! – выпаливаю я тоже на автомате.

– Храбрый, но очень глупый зверек… – произносит Амир таким тоном, что у меня леденеют конечности.

Я начинаю слышать собственное дыхание. Мне до истерики страшно. Особенно теперь, когда я посмела в очередной раз устроить представление один на один с громилой.

– Не стоит кусать руку, которая тебя кормит, – поясняет он, пока я так и не решаюсь продолжить свой дурацкий протест. – У твоего брата огромные проблемы, малышка. Мои конкуренты могут раздавить его в любую секунду. Даже сейчас. И я спас тебя. Приютил. Взял под защиту. А что сделала ты? Чем отплатила за заботу?

Я хлопаю глазами. Становится страшно за брата.