И вместе с Сашей в комнату ворвался аромат лаванды. Каждое движение сестры сопровождалось лёгким шелестом ткани.

— Сейчас я завяжу тебе глаза, — встав за моей спиной, тихо произнесла она, и моей переносицы коснулась прохладная полоса шёлковой ткани.

Включившись в игру, я не стал спрашивать, зачем Саша это делает, и просто расслабился, вверяя себя в руки девчонок. Что бы они ни задумали, это не должно причинить мне вреда.

Туго завязав повязку на моей голове, сестра взяла меня за руку и потянула вперёд.

— Идём, только осторожнее. — Повинуясь её воле, я сделал несколько шагов.

Даже через повязку я ощутил, что в гостиной было темнее, чем в моей комнате. Значит, девчонки задёрнули шторы. Запах лаванды стал сильнее, а к нему примешались едва уловимые дымные нотки. — На колени! — мягко приказала сестра. — Прошу вас, сэмпай, сделайте, как я говорю!

Ого! Что-то новое! Сэмпай? Если не ошибаюсь, этим словом в Японии называют старших, более опытных товарищей.

Я медленно опустился на колени, и на моё плечо легла чья-то ладонь.

— Теперь садитесь, — послышался голос Кати откуда-то спереди.

Опустившись на пятую точку, я повернул стопы так, чтобы стало удобно сидеть на согнутых подо мной ногах.

Кажется, именно так и сидят японцы за своими низкими столами во время приёма пищи. И сейчас я чётко ощущал, что сижу не просто на полу, а на чём-то мягком, вроде походного коврика."

"Ладошка соскользнула с моего плеча. Шурша тканью, Саша переместилась и замерла где-то напротив меня, почти рядом с тем местом, откуда слышался голос Кати.

— Артём-кун, снимите вашу повязку, — произнесла Катерина под тихий смешок сестры.

Глава 10

Онигири с сюрпризом

Девчонки старались не выходить из роли.

Ну а мне, кажется, уже стали понятны правила этой игры. Подняв руки, я стянул с глаз шёлковую повязку и увидел перед собой низкий столик и сидящих за ним сестёр.

В левой его части стоял большой фарфоровый заварник, а вокруг него — пиалы для чая. Посередине расположились три чёрных контейнера, накрытые непрозрачными крышками, а возле каждого лежала пара палочек для еды. Слева и справа от контейнеров излучали тёплый свет большие круглые свечи.

Наш столик стоял в самом центре комнаты, как раз там, где ещё днём в гордом одиночестве обитал гостевой диван.

Вот, что они здесь двигали! И как они только сами справились с этой тяжеленной громадиной? И ведь не позвали на помощь!

Гостиная и вправду едва освещалась. Сквозь закрытые шторы в комнату пробивались слабеющие лучи предзакатного солнца. Рассеивающийся от окна свет создавал вокруг нас атмосферу глубокого вечера. А две тлеющие в стороне от стола ароматные палочки наполняли воздух успокаивающим запахом горной лаванды и постепенно заволакивали комнату едва видимой пеленой дыма.