Переговорная окончательно утонула в мокрых звуках страстного секса и липких шлепках друг о друга наших вспотевших тел.

— Вместе! Сделаем это вместе! — стараясь не говорить громко, шумно выдыхала по слогам Рита в такт нашим движениям. — Я хочу чувствовать, как ты кончаешь!

Через несколько секунд Риту накрыл сильнейший оргазм. Сдвинув ладонь ниже, я с силой сжал ягодицу, продолжая входить на всю глубину. А немного позже достиг пика и сам.

Всё ещё продолжая находиться головкой в Рите, я заставлял член вздрагивать. А Рита, распластавшись на столе, каждый раз вздрагивала в ответ, шумно втягивая в себя воздух.

— Хватит… Всё… Остановись уже, — просила она, но я знал, что ей это нравится. — Я же потом не остановлюсь! А ты не доделаешь свою работу.

Я замер, а потом медленно вынул свой член. Пошире раздвинул пальцами упругие полушария ягодиц, и несколько раз провёл головкой между широко раскрытых лепестков, наблюдая, как между ними и моим членом натягивается ниточка густой смазки.

— С ума сойти… — произнесла Рита.

Наклонившись к девушке, я прижался пахом к её влажным ягодицам. Поцеловал лопатки, сверху вниз осы́пал поцелуями ложбинку над позвонками. А потом прошёлся по ней обратно наверх мокрым кончиком языка, вызвав волну мурашек по всему телу Риты.

— Артём, — прошептала она, лёжа на твёрдом, неудобном столе с закрытыми глазами. — Я тебя обожаю…

Мы так и не сняли её бюстгальтер. Но теперь это было неважно. Мысли о сексе на протяжении второй половины дня так возбудили девушку, что никакие другие ласки даже не понадобились. Но Рита любила, когда я целую её грудь, даже больше, чем шею. Кажется, она любила вообще всё, что я с ней делал. И мне это тоже нравилось.

Подобрав с пола свои брюки, я стал не спеша одеваться. Рита лениво слезла со стола, схватила кружевные трусики и, глядя на меня, медленно наклонилась, по очереди просунула в них обе стопы и ловко натянула на бёдра. Она выдернула большие пальцы из-под резинки трусов, и полоска ткани издала едва слышный шлепок по влажной от пота коже.

Рита подошла ближе к открытому окну, через которое с улицы задували порывы ветра. Они приносили с собой мелкие капли дождя, блестящими точками ложащиеся на белый подоконник. А я любовался фигурой моей девушки: в меру широкими бёдрами, сочной круглой попкой, изящной талией и узкими, хрупкими плечами. Подняв руки, Рита вынула из пучка на голове тонкие палочки, распустила волосы, и они широкими волнами легли на её плечи.

— Скажи, я тебе нравлюсь? — вдруг спросила она.

— Очень нравишься, — сказал я и подумал о причине такого вопроса.

— Говори мне это почаще.

Глядя на меня, Рита втянула нижнюю губу и сжала её зубами.

— А это точно неопасно? — сделав долгую паузу, шутливо спросил я.