Родьер дюжину раз выходил на след Маскарона и снова терял его. Поиски Габриель де Бриенн, которая, как был уверен Кэм, в конце концов, приведет их к Маскарону, оказались бесплодными. Складывалось такое впечатление, что после бойни в тюрьме Аббей девочка исчезла с лица земли.

Но вскоре после тех ужасных событий Родьер, к своему глубочайшему изумлению, обнаружил одну интересную вещь: Габриель де Бриенн была внучкой Маскарона. Кэма же эта новость нисколько не удивила. Он предполагал нечто подобное с того самого момента, как взглянул в изумрудно-зеленые глаза ребенка. Глаза Маскарона. Поначалу Кэму не удавалось убедить в этом Родьера. Последнему было кое-что известно о Маскароне еще задолго до Французской революции. Будучи парижскими юристами, они вращались в одних и тех же кругах. Если кто-то из родственников Маскарона и выжил, никто не знал об этом.

Родьеру понадобился почти год, чтобы как-то разобраться и этой истории. Он выяснил, что Антуан Маскарон и его внучка были чужими друг другу. Мать девочки воспитывались в деревне под присмотром родителей жены Маскарона. Тогда Антуан еще поддерживал отношения с родней жены. Спустя некоторое время Маскарон, в сущности, перестал общаться с дочерью. А когда она вышла замуж за де Бриенна и родила Габриель, разрыв стал полным. Для Маскарона его дочь перестала существовать.

«Так было до той ужасной ночи, когда в тюрьмах устроили бойню», – думал Кэм.

Даже для такого черствого и расчетливого человека, как Антуан Маскарон, немыслимо было не попытаться спасти спою плоть и кровь. Если бы Габриель и ее мать постигла участь остальных заключенных, Маскарон понес бы заслуженное наказание. Ведь именно Маскарон и Дантон позволили черни излить свой гнев на беззащитных обитателей тюрем. Похоже, Маскарон слишком поздно узнал, что Элиза де Бриенн находится в тюрьме, и не мог изменить ход событий, спровоцированных им самим.

«Когда Маскарон неожиданно вновь возник на сцене и качестве лидера нового французского общества, у меня появился еще один шанс, – подумал Кэм, почувствовав, как ликование поднимается в нем волной. – Скоро, – обещал себе Колбурн, – скоро возмездие настигнет его».

Кэм расплатился с кучером и, с шумом захлопнув двери, вошел в огромный пустой дом на Ганновер-сквер. Герцог позвал слуг, приказав им разжечь камин в его кабинете и принести из погребов бутылку лучшего бренди.

Ожидая, пока слуги исполнят его распоряжения, Кэм открыл ящик стола и достал оттуда письмо. Положив его на стол, Дайсон взял свечку и углубился в чтение мелко исписанных страниц, как будто он не знал каждое слово на память.

Наконец удалось найти Габриель де Бриенн, писал Родьер.