Пальцами впиваюсь в обшивку стола, ломая маникюр….

Кайф такой мощный, что я просто в ужасе. Подобного я не ожидала никак. И сильнее всего пугает меня то, что ничего не могу с этим сделать…

Не могу даже ослабить это бешеное внутреннее цунами…

Меня просто швыряет то вверх, то вниз… Дёргаюсь на столе, пытаясь хоть как-то ослабить эту невероятную, мощную до сумасшествия волну бешено-приятной власти… Но я бессильна… Хочется хотя бы свести ноги вместе… Хоть немного притормозить эту пытку наслаждением… Оно ведь оглушающее какое-то… пугающее… Невероятно мощное…

Проваливаюсь куда-то…. Плыву где-то… Не чувствую себя…

Меня просто глушит этим невероятным по мощности кайфом.

Но он будто ослабевает….

Я уже ничегошеньки не понимаю…

Дёргаюсь просто… Но вроде всё тише и тише…

Я лежу на бильярдном столе… Согнутые в коленях ноги. свешиваются с его краёв…

В горле першит… Я, наверное, орала… не знаю… стыд какой…

Приоткрываю глаза… Плывёт всё…

Слабость страшная просто… Пошевелиться даже не могу…

И только сейчас я понимаю, что Аллигатор остановился. Что он, замерев, просто держит меня за за запястья. Прижав их к столу, нависает надо мной. И учащённо дышит. Не трахает уже, но и не вынимает член…. Вижу его тёмную бороду… Вижу, что он весь мокрый от пота…

Он с интересом, и каким-то восхищением будто, пристально смотрит мне прямо в глаза.

— Нихера себе ты кончаешь… — тяжело дыша, тихо и чуть хрипло произносит он. — Охренеть просто… Ты там живая вообще?

Глава 16

Об этом даже думать неловко, но он оттрахал меня так, что у меня не было даже сил встать на ноги. Когда он взял меня на руки и поставил на пол, у меня подогнулись дрожащие до сих пор колени, и я упала бы, если бы Аллигатор вновь не подхватил меня.

Не припоминаю, когда я в последний раз до этого испытывала такую слабость во всём теле. Слабость очень приятную, но тем не менее. Мне даже говорить было трудно.

И поэтому он отнёс меня обратно в каюту. Но сразу не ушёл. Засыпая на легонько покачивающейся вместе с каютой кровати, я видела, что он сидит в кресле и задумчиво на меня смотрит.

Спала я долго. Обычно я просыпаюсь, когда проходит часов восемь-девять сна. Но в этот раз я продрыхла часов пятнадцать, не меньше, потому что, проснувшись, увидела что солнце, освещающее золотистыми лучами каюту, уже явно послеобеденное.

Проснулась я очень голодной. А ещё понимаю, что сильно хочу пить.

Встав с кровати, подхожу к зеркалу и вижу, что лицо у меня — покрасневшее от загара, нормальненько так опухшее. Да и вообще — понимаю, что даже соображаю туго. Сонная ещё очень.

Поскольку в каюте я одна, а инструкций моего дальнейшего поведения на яхте ""ALLIGATOR"" я не получила, то после принятия душа и сушки волос, я вновь надеваю купальник и, выйдя в каюту, берусь за ручку двери.