— признайся, ты запал на малышку?

— А что если и так? — с вызовом спросил Демиан.

— Предупреждаю, мои намерения по отношению к Милисенте Бьорн честны.

— А ты не допускаешь, что и мои намерения могут быть честными? — тут же спросил Демиан.

Вот оно откровение. Намерения женатого человека в отношении женщины могут быть честными только в одном случае, если они касаются его жены! Боги пресветлые! Значит, герцог все же узнал меня, но ведет какую-то свою, непонятную ни мне, ни окружающим игру. Стало как-то зябко, я поежилась, но продолжала следить за каждой фразой.

— Паражит! Мержавец! — выдохнула Верея, которая тоже не отрывала глаз от зеркальца.

— Кто? — спросила я.

— Оба!

— Не допускаю, — отчеканил Закари. — Я слишком хорошо тебя для этого знаю.

— Значит, не слишком, — серьезно ответил Рорк. — Кроме того, насколько я помню, тебя раньше тоже не прельщали серьезные отношения с дамами. Ты и постоянных избегал.

— Все меняется, — отчеканил лорд Дин.

Герцог плеснул по бокалам янтарного напитка и мужчины молча выпили. Напряжение между ними нарастало.

— А знаешь, — вдруг сказал Демиан. — Идея с повышенным вниманием не так уж плоха.

Это настолько откровенно и очевидно, что отметет все подозрения от Милисенты. Два влюбленных мужчины, которые сражаются за внимание дамы. Пожалуй, этим можно оправдать и повышенный интерес с нашей стороны, и персональные тренировки.

— А что если один из мужчин действительно влюблен? — тихо спросил Закари. — Тогда как быть?

— Тогда задумка будет выглядеть еще более правдоподобной, ибо я тоже не намерен уступать!

Взгляды карих и зеленых глаз встретились. Напряжение стало таким, что казалось, между двумя магами проскакивают искры.

Я же едва не приплясывала на месте от нетерпения. Ведь речь шла обо мне, именно моя судьба решалась за этими стенами!

— Поклянись, что ты никогда намеренно не обидишь Лисси Бьорн и не унизишь ее непристойными предложениями! — потребовал ректор.

От благородства и искренности Закари наворачивались слезы благодарности. Как жаль, что судьба распорядилась иначе, связав меня совсем с другим человеком. Жаль? Пресветлые! Я настолько растерялась, что предоставь мне судьба свободный выбор, не смогла бы его сделать.

Оба мужчины меня притягивали, но лишь один из них был моим мужем.

— Клянусь, — ответил герцог."

"Ну, разумеется! Ему-то эта клятва абсолютно ничего не стоила, ибо, что непристойно для непорочной леди, совершенно приемлемо для законной супруги. Вот только стало ли мне легче от того, что я сейчас услышала? Нет! Миллион раз нет! С каждой минутой все становилось запутаннее.

— Хорошо. Но с Милисенты не спускаем глаз, и пусть из нас победит сильнейший! — согласился Закари.

Мужчины пожали друг другу руки.