И… У меня получилось! Заработало!

— Полог тишины? — удивился Зак. — Поверь, здесь нас никто не подслушает. На домике стоит защита на крови трех родов: Рорков, Динов и Торнборнов. Уверяю тебя, ни моя матушка, ни твой брат не явятся сюда подслушивать нас. Если только Эдвард захочет посетить Тесшир. Но он давно охладел к столице.

— Как это не прискорбно, но ты прав, дружище. — Кажется, герцог собирался с мыслями.

— Поясни.

— Эдвард Торнборн действительно охладел, но не к столице. Граф убит при весьма загадочных обстоятельствах. И думаю, его смерть и недавнее нападение Ондории два тесно связанных события.

Надо же! А я и без их помощи совсем недавно пришла к точно такому же выводу. Мешал кому-то отец. Причем, сильно мешал. И, возможно, дело даже не в драконах. Если исходить из формулы магия равно власть, то получается… Ищи талум — найдешь шпиона, а заодно и убийцу. Только, по всему выходило, что тропинку, по которой вывозят камень, очень хорошо маскируют.

— Эдвард мертв? — почти шепотом спросил Закари, дождался кивка герцога и молча осушил бокал.

Ректор ценил и уважал моего отца. Это чувствовалось в каждой оброненной им фразе, в каждом действии и жесте.

И я… Я была благодарна за это лорду Дину.

— Как ты понимаешь, это держится в секрете, дабы не ухудшить политическую ситуацию. Для всех Эдвард не покидает своего имения.

— Понимаю. Сейчас, когда страна находится фактически в состоянии начала гражданской войны между мэтрами и элитой, вооруженный конфликт с Ондорией обернулся бы катастрофой для Гаэса.

По всему выходило, что Демиан сейчас расскажет лорду Дину о своем вынужденном браке. Но герцог почему-то молчал. Похоже, его весьма тяготит семейное положение.

Он его настолько стеснялся, что не соизволил рассказать об этом даже лучшему другу.

Первым заговорил ректор:

— Выходит, мы лишились поддержки драконов.

— Теоретически, а по факту… Я затрудняюсь объяснить то, что произошло с войсками Ондории в горах и на море.

Рассказ герцога почти ничем не отличался от тех статей, что печатали в газетах. Разве что деталей было больше. И некоторые из них оказались настолько загадочными, что действительно наводили на мысль о помощи древних рептилий. Могут ли они чувствовать меня на расстоянии? Знать, что род Торнборнов жив? Что я существую и хочу встретиться с ними всем сердцем, всей душой? Очень хотелось в это верить.

Ведь, по большому счету, кроме жителей поместья и моего поверенного, у меня осталось не так уж много близких людей, а из родных — совсем никого. Демиан… Демиан не захотел стать для меня кем-то необходимым и значимым.

— Это ничего не доказывает, но и не опровергает, — задумчиво произнес Зак. — Вопрос в том, насколько долго Гаэс сможет скрывать гибель последнего Торнборна.