Дышать становится трудно. Почему-то ощущаю томление в груди и животе. Я впиваюсь ногтями в широкие плечи демона, отталкивая его от себя, но Алихан лишь обхватывает мои руки и крепко фиксирует их над головой, продолжая вжимать меня в стену.

– Тихо, шариха. Не надо сопротивляться.

Алихан покрывает мою шею поцелуями, а мне…хочется умереть от этой ласки.

– Ты отравил меня, проклятый демон! Что со мной будет? Что за яд я съела?!

Глухой смех раздается у самого уха, а после воин собирает моим слезы своим…раздвоенным языком.

– Это не смертельно, не бойся. Просто так ты, наконец, перестанешь противоречить себе и сделаешь то, что сама хочешь. А хочешь ты меня, шариха. Я вижу. Очень сильно хочешь.

Воин одним махом снимает с меня платье и накрывает грудь огромными руками. Пальцами теребит сосок, который почему-то стал твердым, как горошина. После он начинает терзать сосок языком, провоцируя у меня новую волну невыносимого томления в животе, а еще дикий стыд от происходящего.

– Видишь? Ты хочешь. Не отрицай. Чего ты дрожишь? Тебе же не больно.

– Нет! Неправда. Это все яд. Я не дрожу. Ненавижу тебя, ненавижу!

Шиплю на него змеей. Если бы у меня в руках был меч в этот момент, я бы пронзила его сердце, не задумываясь.

Демон наклоняется, и я встречаюсь с его горящим оранжевым взглядом, от которого по телу тут же бегут мурашки.

– Только не сегодня, моя шариха. Только не после моего подарка.

Дыхание спирает, когда демон отпускает мою грудь, но вместо этого опускается на корточки, и прикладывается губами к моей оголенной промежности. Он крепко держит мои руки, поэтому я совсем не могу отбиваться от него.

По телу разносится настоящее пламя, но я ничего не могу поделать с этим. Яд уже в моей крови, и он заставляет меня чувствовать то, чего я не хочу чувствовать. Проклятье!

Еще секунда, и Алихан начинает проводить длинным языком по моей промежности, делая что-то такое, от чего я ощущаю себя опьяневшей. Внизу мне так приятно и сладко, что я не хочу, чтобы он останавливался.

– Ты очень сладкая. Как самое спелое яблоко, девушка.

Из моих глаз льются слезы, но вовсе не от боли, а от наслаждения и стыда. Внизу живота ощущаю какое-то сильное томление, и совсем не знаю, что с этим делать.

Когда Алихан отстраняется, делаю вдох, однако вскоре он просто перехватывает меня поудобнее, чтобы вонзиться в мое тело двумя пальцами, параллельно с ласками языком.

– Ай, нет! Хватит!

– Чш…Ты такая мокрая шариха, что я тебе не верю. Ты хочешь этого. Очень сильно.

Когда демон начинает делать пальцами толчки внутри меня, я громко вскрикиваю. Это что-то невероятное. Господи, что он со мной делает.

– Какая ты горячая. Даже если это и яд, он действует на тебя просто отменно. Ты вся течешь, Саназ. Для меня.