Как-то не до этого было. - Влада! Моя Влада!

Мужчина как раз опустился с поцелуями к себе, провел языком от уха до плеча. Меня, словно, молнией ударило. Не от ощущений, их я почти не замечала. От осознания.

«Я теперь такой же. мутант, как этот», - с брезгливостью подумала, вспоминая с чего начались мои ночные неприятности.

- Как. Ты. Мог?! - заорала, откуда-то нашлись силы оттолкнуть Лукрецкого. - Я. Не. Хочу!

- заревела я.

- Влада! Влада! Успокойся, детка, - видимо, не такой реакции этот недочеловек ожидал от меня. Наверное, считал, что преподнес мне дар.

Лукрецкий обнял меня и начал успокаивающе поглаживать по волосам, спине... В его прикосновениях больше не чувствовалось сексуального подтекста.

- Что я сделал, девочка? Чего ты не хочешь? - осторожно спросил он, когда я, продолжая реветь, уткнулась в плечо своего обидчика, подсознательно ища защиты у того, кто испортил мне жизнь.

- Шерстью покрываться не хочу. И выть на Луну тоже. - всхлипывая, начала перечислять все свалившиеся на мою голову неприятности. - И людей убивать не хочу! Людей особенно! - завыла, заходясь в новом истерическом плаче."

"- Э-э?! - кажется, мне удалось ошарашить Лукрецкого. - А почему ты должна хотеть убивать людей? - аккуратно уточнил он.

- Ты. Меня. Сделал. Такой.

- Какой?

- Такой.

- Влада, - Лукрецкий встряхнул меня, пытаясь привлечь к себе внимание или вырвать меня из истерики, - что я сделал?

- Меня... оборотнем! Ты укусил! - обвиняюще завопила, стоило лишь представить, как через неделю покроюсь шерстью, и ткнула его пальцем в грудь. О, Боже!

- Ты не станешь оборотнем!

- Ты меня укусил!

- Это немного другое, - замялся он. - Давай, ты успокоишься, и мы поговорим. Может, выпьешь водички?

- К черту, вода! Что ты со мной сделал?! - прокричала, подсознательно не смея оскорблять Лукрецкого. В мыслях его костерила и ругала, на чем свет стоит. Но вот озвучить даже самый безобидный вариант отчего-то не захотела. или не смогла.

- Это брачная метка. Ты всего лишь моя жена по-волчьим законам, Влада.

ВСЕГО ЛИШЬ.

ЖЕНА.

- ЧТО?!

- Влада, не кричи, - поморщившись, произнес Лукрецкий. Признаю, в этот раз вопила в лучших традициях сирен, расположенных на крышах машин, когда те спешат по чрезвычайным ситуациям. Пронзительно и громко. - Я понимаю, что ты сейчас на эмоциях, но никогда не повышай на меня голос.

- Объяснись, - прикрикнула на него. Даже, если бы хотела, не смогла произнести спокойно. Вся кипела изнутри, а тело дрожало от ярости. Мне хотелось наброситься на Лукрецкого, потому что я не понимала, что происходит. Самое худшее, что может случиться, когда ты не понимаешь ситуацию и не знаешь, как себя вести. Не можешь контролировать собственные эмоции. Думать не можешь, хочешь только крушить. А он, Лукрецкий, был слишком близко.