- Ты не знаешь леди Сирию?

— Диана, что случилось в конце-то концов? – Даниэль, похоже, разозлился не на шутку, но держался, не собираясь перечить своей беременной жене.

— В моей гостиной сидят три мои любимые подруги. И пришли они, знаете зачем? – Диана подтянула верхнюю губу на зубы и замерла, переводя взгляд с меня на мужа.

— Раз ты орёшь здесь, они пришли по какой-то совершенно не важной для тебя причине… - начала было я. Но Даниэль шагнул ко мне и, взяв за плечо, сильно сжал. - А-ай, ты чего? Лучше угомони свою… - я не стала озвучивать диагноз явной психопатки, но, оттолкнув руку брата, просто напомнила, что эта комната моя и они сами вошли сюда.

— Умерла-а с-самая с-старая де-ева наш-шего гра-афства, - растягивая буквы каждого слова, шипела Диана.

— Ну и земля ей пухом, - вырвалось у меня. – Сколько ей было?

— Пятьдесят восемь! – все больше заводясь, орала Диана.

— Ну вот так. Бывает, - я осмотрелась, понимая, что комната мне знакома, хотя раньше я ее никогда не видела."

"— Теперь самой старой девой стала ты! ТЫ, Стефания Луиза! – слезы брызнули из ее глаз. Вытянутая в мою сторону рука, заканчивающаяся острым коготком указательного пальца, задрожала, а подбежавший к ней Даниэль, якобы в последний момент подхватил женщину, чтобы она не упала.

На фоне рыданий, которые словно размывались, становились отголоском эха, я думала об окружающей меня комнате с высокими окнами, большими зеркалами, светлой обивкой и до блеска натертым полом. Ровно до того момента, когда увидела в зеркале свое отражение.

Одна часть меня не была удивлена, словно всегда жила с этим молодым телом, темными вьющимися волосами и достаточно высоким ростом. А вторая ошарашенно разглядывала большие глаза, изогнутые дугой брови, пухлые щеки и губы.

— Убери ее с моих глаз, Даниэль! Убери! - из раздумий меня вывел голос припадочной снохи, и я, повернувшись к ним, громко сказала:

— Уберитесь сами, наконец! Это моя комната! Моя с самого моего рождения!

Глава 3

Мои новые родственнички вдруг резко замолчали и уставились на меня таким взглядом, словно заговорил шкаф. Диана изучала мое лицо, пытаясь что-то на нём отыскать, а Даниэль подталкивал жену к выходу.

Когда они закрыли за собой дверь, я подошла к зеркалу поближе и рассмотрела ту, что отражалась в в зеркальной поверхности.

Я всегда была маленькой, щуплой, а последние десять лет спина не позволяла встать прямо. Девушка, в которую сейчас была заключена моя душа, оказалась полной противоположностью: высокая, темноволосая, с теплым взглядом. Но, если поднять одну из бровей, моментально превращалась в занозу, к которой с вопросом или просьбой я ни за что бы не подошла.

— Значит… теперь я выгляжу вот так? – покрутившись перед своим отражением, спросила я.