— Нет… и не знаю, как он прятался. Вишь, маленький какой. Девица-то покрепче будет, а этот…

— Неси его ко мне, давай, - поторопила я опешившую еще больше моего женщину.

— А кричит так, будто в три раза больше, - добавила повитуха, прикладывая мальчика ко второй груди.

Пару минут я молча наблюдала за двумя сморщенными мордашками, а потом расплакалась. И только тогда Лео опомнился и встал.

— И что теперь? – будто второй ребенок, совсем не ожидаемый нами, мог принести кучу проблем, спросил Лео.

— Ну, думаю, ты можешь позвать сюда матушку и мою тётку. А еще… наверное, надо сообщить моему братцу, что мы едем в Берлистон. Теперь Даниэль, как и твой Марк, может стать лишь управляющим в своём доме.

— Стэфания… но…

— Я не вмешивалась в дела с твоим братом. Так позволь и мне самой решить, Лео, - я смотрела то на мужа, то на две мордашки, спящие и причмокивающие прямо у меня на груди.

— Хорошо. Говорят, что женщине, только что родившей двоих, отказывать нельзя, - Лео, плюнув на крик повитухи, скинул сапоги и прилег рядом со мной. - Успеем ещё всех созвать. Могу я какое-то время побыть единственным хозяином всего этого… - он обвел глазами меня и детей, - всего этого счастья?

— Конечно. Раз жизнь осчастливила нас таким подарком…

***

Лето было жарким. Тонкая занавеска на окне вздымалась парусом от лёгкого ветерка. Над горизонтом вспухали и набирались платинового, а кое-где и черного цвета облака. Вот-вот должен был ударить гром.

— Даниэль, закрывай окна, - я заторопилась в детскую.

Брат, закусив губу, поднялся из-за стола и принялся закрывать окна.

Его две старших девочки носились здесь же, перекрикиваясь и переругиваясь из-за недавно сшитых мною кукол.

— Где все слуги? – голос Дианы, моей снохи, когда-то оравшей дурниной, что я их опозорила, звучал теперь иначе.

— Один день в неделю в доме нет слуг. Я же говорила. Мы сами готовим, сами убираемся, - спокойно ответила я, прежде чем выйти из столовой.

В дом, где я начала свою вторую жизнь, проснувшись в незнакомом молодом теле, мы приехали через месяц после рождения детей. Лео понимал, что мне хотелось поиграть с братом. Да, он, конечно, должен будет уехать в имение попроще, которое я оставила его семье. Но сейчас, пережив столько сложностей, мне хотелось понаблюдать, как фыркающая от досады, снова беременная, надеюсь, сыном сноха выполняет мои прихоти.

Вы, наверное, спросите, почему я желаю им сына? А я отвечу: - именно затем, чтобы они почувствовали дыхание судьбы. Всему своё время!

А мой сын за месяц догнал в размерах сестру и продолжал требовать к себе больше внимания: видимо, был премного обижен на то, что мы его не замечали все эти девять месяцев.

Брат и его семья теперь занимали комнаты попроще.