Малоун надеялся на то, что он не собирается уехать, поскольку в таком случае они не смогут продолжать преследование. Их машина слишком далеко.

Мужчина открыл водительскую дверь, бросил что-то на сиденье, затем захлопнул ее и направился обратно, прямо на них.

Они успели нырнуть в магазин готовой одежды как раз в тот момент, когда стрелок проходил мимо. Малоун выглянул в дверь и увидел, что мужчина вошел в кафе.

— Что он делает? — спросила Пэм.

— Ждет, пока уляжется суматоха. Отсидится здесь некоторое время, а потом по-тихому уберется восвояси.

— Но это безумие! Ведь он убил человека!

— Об этом знаем только мы.

— А зачем вообще понадобилось убивать того беднягу?

— Причин может быть много: чтобы потрепать нам нервы, не позволить получить важную информацию. Да мало ли…

— До чего же грязная работа!

— А ты думаешь, почему я ушел? — Малоун решил использовать передышку в свою пользу. — Отправляйся к машине и пригони ее сюда, — сказал он, а затем указал на трамвайную остановку, чуть дальше по аллее, тянущейся вдоль морского берега. — Припаркуй ее вон там и жди меня. Когда стрелок выйдет из кафе, он поедет в ту сторону. Это единственная дорога из города.

Малоун передал ей ключи, и на мгновение в его памяти ожили другие моменты, когда он отдавал этой женщине ключи от машины. Он вспомнил о минувших годах. Когда он возвращался с очередного задания, мысль о том, что дома его ждут она и Гари, всегда согревала его. Хотя теперь в этом не признался бы ни один из них, когда-то они все же были отличной парой. К сожалению, ее ложь о Гари затмила все хорошее, что было между ними, отравив их отношения горьким вкусом подозрительности. Теперь Малоун невольно задавался вопросом: а не была ли иллюзией вся их совместная жизнь?

Женщина будто прочитала его мысли. Ее взгляд смягчился, и на мгновение она превратилась в ту Пэм, какой была до того, как неприятности изменили их обоих.

— Я найду Гари, клянусь тебе. С ним не случится ничего плохого.

Ему хотелось, чтобы Пэм ответила, но она ничего не сказала, и это молчание укусило сильнее любых слов. А потом она ушла.

12

Оксфордшир, Англия, 10.30

На протяжении последних трех лет, после того как Джордж Хаддад убедил себя в том, что ответ на мучающую его дилемму находится здесь, он был частым посетителем Бейнбридж-холла.

Этот дом был настоящим шедевром, где царили мрамор, мортлейкские гобелены и богатое многоцветное убранство. Роскошная лестница, отделанная панелями с резными флористическими узорами, датировалась временем восхождения на трон Карла II Стюарта. К тому же 1660 году относились и гипсовые потолки. Картины и мебель были восемнадцатого и девятнадцатого веков, и каждый предмет являлся классическим образцом английского загородного стиля.