Просила воинов позвать боярыню. Упала на колени. Я как раз закончила очередную тренировку с Иваном. Взглянув на женщину, пожала плечами. Мало ли что у них тут. Побежала в баню, где меня ждала уже Фрося. Я сполоснулась. Вытерлась насухо и вышла. Женщину воины гнали.

— Не досуг боярыне с тобой говорить. Ещё чего не хватало. — Воин в кольчуге и с мечом стал подталкивать женщину на выход.

— Прошу вас. — Она умоляла. — У вас лекарка. Помогите.

— Ты что, белены объелась? Не лекарка она, царевна! — Рявкнул воин и толкнул женщину так, что она упала.

— Отойди. — Тихо, сказала ему.

Женщина лежала на земле и плакала. — Встань. — Скомандовала ей. Она поднялась. Смотрела на меня затравлено. — Говори, что случилось. Я та лекарка.

Она опять упала на колени, сложила руки в молитвенном жесте.

— Спаси, матушка боярыня мужа моего.

— В чем спасти?

— Ногу он повредил. Сильно. Знахари сказали отрезать её надо. А как отрежешь? Охотник он. Муж сказал, что лучше ему не жить.

— Где он?

— В посаде дом у нас.

— Пошли.

Мы с женщиной шли быстро. За нами увязался Иван. Он как раз споласкивался и услышав разговор, только и успел на мокрый торс накинуть рубаху, схватил меч в ножнах и кинулся за нами.

— Княгиня, царевна, ты куда?"

"— К страждующему, Ванечка. Разве господь не велит, проявить христианское смирение и оказать помощь тому, кто в ней нуждается?

— Александра, но это опасно выходить в посад.

— Правда? А что там опасного? Татары? Или тати? Или может литвины с ляхами?

— Нет, такого у нас нет.

— Тогда в чём опасность, Ваня?

— Просто ты не должна вот так срываться и бежать куда-то без охраны.

— Я сама могу за себя постоять. Но ты прав, Ванечка.

Поэтому выдели мне пару воинов, с которыми я буду заниматься и которые будут меня везде сопровождать.

— Я выделю тебе пять боевых холопов.

— Вот и хорошо. Спасибо тебе боярин!

Мы зашли в избу в посаде. Женщина провела меня. Там, возле печи лежал мужчина. Он тяжело дышал. Я осмотрела его правую ногу. Хотя что там осматривать, я сразу увидела, открытый перелом. Кость порвала мышцы и кожу. Твою душу. Очень жёстко. В это время, в таких случаях был только один выход — ампутация. Я быстро осмотрела его.

— Когда ногу сломал? — Задала вопрос.

— Ночью, матушка-боярыня. Под утро. — Поклонилась мне его жёнка.

— Да вы, бл…ь, с ума сошли? Почему сразу не пришли? — Нецензурщина вырвалась у меня непроизвольно.

— Я к знахарям бегала.

— Дура! Какие знахари? Тут хирург нужен! — Заорала я. Даже не знаю почему. Мне стало жалко этого мужчину. Он был совсем бледный. Господи, какую боль он терпел. Я посмотрела на Ивана.

— Ванечка, найди телегу здесь. Его нужно вести к нам. Я там постараюсь помочь ему.

— Помочь? Тут ногу резать нужно. Иначе богу душу отдаст.