Так как явно наблюдается некоторое планирование действий, и его определенно слушались остальные, он с большой долей вероятности мог быть как военным медиком, так и…

Только начав построение дедуктивной цепочки, он сразу же был вынужден отвлечься на городового — тот просто-таки излучал скепсис.

— Что-то не так?

— Кхм. Дмитрий Палыч, сами ведь знаете, среди местной публики кого только нету. Случается, и графья с баронами попадаются, и чиновники, но вот врачей доселе что-то не замечено.

Рудников кивнул на бывшего Чернявого, встретившего свою кончину в очень нелегких обстоятельствах

— А вот, к примеру, цыган какой такое мог утворить очень даже запросто. Бывают среди них умельцы, с ножичком-то. И кулаки почесать тоже. Тут ведь людишки смирные по большей части — руки берегут и на рожон почем зря не лезут, иначе как же им потом отбитыми пальцами-то по карманам шустрить? Нет, в ""Каторге"", мож, такое бы и не вышло, на пол всех уложить, там народец шубутной, на драку легкий — а тут чуток наваляли по сусалам, все сами и попадали.

— И что же простой карманник не поделил с таким вот цыганом? Лошадь, хе-хе, свел?

— Ну, мало ли, в жизни всякое бывает. Может, брат его чего не поделил.

— А кто у нас брат?

— ""Кот "" он, обычно в Грачевке обретается, но и сюда иногда заглядывает.

Высокоинтеллектуальный разговор прервал трактирщик, настойчиво поинтересовавшийся, когда же ему можно будет открывать заведение. Тут же прибежал посыльный, затребовавший доктора в другое место, помогать пробитой голове очередного пострадавшего, заторопились по своим делам городовые, подъехала телега за безвременно усопшими…

Штатный медик полицейской части вздохнул и стал собираться. Как легко у Холмса выходит применять его дедуктивный метод! Все логично и целесообразно, одно вытекает из другого, важнейшие доказательства словно бы сами собой лезут под руку!.. А ему вот подобное явно не дано. Увы…

Впрочем, кто на что учился.

***

Федор Чуркин очнулся на продавленном диванчике в комнате для ""приема"" клиентов, и сделал это от боли — очень уж сильно затекли руки. Как он в этой самой комнате оказался, ему было неведомо, ибо последним, что припоминалось, была ночная улица и резкая вспышка света, причем прямо в голове.

— Мм!

— Хмму!"

"Глаза буквально разъезжались в разные стороны, словно бы он уже успел хлопнуть стакан-другой самогона, а рот оказался забит какой-то вонючей тряпкой. Вдобавок, и непонятно с чего, запястья были крепко стянуты за спиной. Поворот раскалывающейся от боли головы, и последовавшее за этим действом легкое волевое усилие помогли обнаружить, а затем и опознать лучшего друга (а заодно и напарника по нелегкому сутенерскому ремеслу) Харитошу.