Пусть женщин многие называют слабым полом, но ради своих детей... Если вдруг, не дай бог, кто-нибудь моих дочек или сына обидит, я, наверное, собственными руками того человека убью.

Помню я, как пару лет назад мама ругалась с родителями мальчишки, который нашего братишку толкнул. Несколько дней брат лежал в больнице со сломанной рукой. Я не хотела бы возвращаться в те времена. Потому что мамочка была настолько расстроена, что даже нормально не ела. Постоянно голодная ходила, и папа злился, настаивал. Буквально заставлял ее есть, а если и это не помогало, то сам кормил маму.

Вспоминаю те картины и понимаю, что мама говорит правду. Я, скорее всего, тоже своего малыша никому в обиду не дала бы.

— Мам, ты опять драматизируешь, — смеется моя зажигалка. — Ладно, я поняла тебя. Честно-честно. Мы — твое все! Я угадала? — чмокает маму в щеку и встает с места. — Ты нас прикрой с Алиной. Вернемся мы поздно. Пару дел уладить нужно. Кстати, завтра никаких гостей в нашем доме! Потому что я буду отмечать со своим парнем, а сестренка, соответственно, со своим. Ты отца сможешь преубедить, я знаю. Любимая ты наша мамочка!

— Я Тимуру врать не стану, девочки! Уж если планируете проводить самый важный день в вашей и нашей жизни без нас, то объясняйте это, будьте добры, отцу сами. Он в последнее время злится, когда я вас прикрываю!

— Мама в своем репертуаре. Пффф! — Милена берет стакан и наливает в него воду, выпивает залпом. — Я сама с ним поговорю. Мой папа хороший, он поймет.

— Что это я должен тут понимать? — вдруг раздается у двери голос отца. — Что вы опять задумали?

Краем глаза замечаю, что сестра сжимает руки в кулаки. Нет, папа у нас естественно хороший. Заботливый такой, любящий. Однако когда тема идет о каких-то парнях... Он меняется на сто восемьдесят градусов.

Милена скажет ему все, я даже не сомневаюсь. Восхищаюсь тем, что она такая сильная и очень старается не сдерживать свои эмоции и желания.

— Короче, пап... — глубокий вздох и выдох. — Я же не просто так приехала сюда, верно? Сестру не хотел одну оставить в день нашего рождения. Но, пап... — сестра осекается, смотрит на отца таким умоляющим взглядом, что я после этого согласилась бы на все. Не смогла отказать ей никогда. — У нас на завтра другие планы. Хотим отметить наш праздник в компании друзей. Ты же не станешь идти против нашего желания в такой замечательный день?

— Не стану, Милена. В конце концов, вы не школьницы и умеете себя вести. Однако в девять вечера вы обе должны быть дома.

— В девять? — говорим в один голос с сестрой.

— В девять!

— Ну хотя бы в десять, пап, — обиженно надувает губы и складывает руки на груди Милена. — Это нечестно!

— Хорошо, в десять, — неожиданно соглашается папа и улыбается широко, жестом призывая нас к себе. Обнимает сначала меня, потом Милену.