Боковая дверь вообще ни к чему не годится. — Найду, кто присмотрит за моей ласточкой, — хмыкает парень, набирая чей-то номер. — Пойдем уже в ресторан, пока девчонки не узнали о случившемся.

— Слушай, ну они в любом случае узнают. У меня синяк огромный на лбу. У тебя рана, которую обработали медики. Ты Еву с Олей идиотками считаешь?

Сашка смеётся. Берет меня за руку и тянет за собой. Я же следую за ним. Теплые пальцы переплетаются с моими. Бывает же, когда общаешься с каким-то человеком и сразу складывается такое ощущение, будте его давно знаешь. Вот у меня именно такие чувства внутри всплывают.

И да, Сашу я знаю давно. Ещё с самого детства. Но мы столько лет не виделись! Мне было максимум пять, когда мы уехали. Сейчас я совершеннолетняя девушка, которая сильно изменилась. И которую Саша вовсе не узнал.

Снова я хочу рассказать ему, что я та самая Алина, за которой он бегал в детстве. Но телефон Саши начинает издавать звуки и я автоматически замолкаю. Он разговаривает с каким-то Владимиром. Просит его забрать тачку, привести в порядок. А так же не докладывать отцу, что сегодня произошло ДТП.

— Ты скроешь от родителей? — спрашиваю, останавливаюсь у двери вип-комнаты, где нас ждут девочки.

— Но зачем?

— Нет, конечно. Я от них никогда ничего не скрываю. Да и вру я им крайне редко, когда это жизненно необходимо, — издает хриплый смешок. — Просто, Алин, родители они такие, что будут волноваться. И позвонят мне раз сто до того времени, пока я не появлюсь дома. А я бы хотел сегодня провести хороший незабываемый день. С тобой. Расскажу им обязательно, но не сегодня. Может, завтра утром.

— Ну да. На самом деле все верно. А вот мне придется немного соврать, — грустно усмехаюсь, глубоко вздыхая.

— Мой папа очень ревнивый мужчина. Если я скажу, что сидела с парнем в машине и в нас врезалась вторая тачка, то он начнет меня расспрашивать. Потом ещё и по камерам наблюдения будет искать, что и как все произошло. Короче, целый месяц я буду ехать не домой, а на допросы, — улыбаюсь, качая головой. Я уже представляю реакцию отца, выражение его лица. И по позвоночнику сразу пробегает холодок. — Так что... Мы не такие уж хорошие детишки.

— А кем твой папа работает? Надеюсь, не в полиции? — выгибает он бровь.

— Да нет, — на самом деле я говорю правду, но такое ощущение, что я только что произнесла самую отвратительную ложь в своей жизни.

— Зайдём уже? Иначе я с голода помру тут.

— Не дай бог, — цокает языком Саша, открывая дверь.

Девочки распахивают глаза от удивления и смотрят на нас так, будто увидели что-то невероятное. Начинают задавать вопросы, от которых я задыхаюсь и голова уже идёт кругом. Остаюсь я тут не долго. Буквально через минут пятнадцать встаю и выхожу наружу, объяснив это тем, что преподавательница позвала меня пораньше.