Наверное, оттого и подсумки у басмачей были редки: как прицепишь подсумок на такой вот пояс? Поэтому и носили патронташи через плечо, когда один, когда два, или в карманы насыпали. Однажды он видел большую редкость – английский нагрудный подсумок (про то, что это старый английский – Егору сказали потом). Подсумок подвешивался на два ремня через плечи и закрывал собой полтуловища – почти все от соска до пояса, а патронные обоймы лежали в маленьких карманах его – практически сотня патронов. Если бы кожа его от пуль защищала, можно было соединить переноску боезапаса и защиту от пуль врага воедино.

Но Егор не был уверен, не слишком ли жарко будет с таким подсумком на груди? В русской кавалерии были приняты патронташи через плечо – старые, на 18 бердановских патронов, и новые, на 30 трехлинейных. Еще патроны лежали в седельных сумках. А в чем были патроны к нагану? Обычно в самой кобуре, хотя встречались и такие вот подсумки на 20 патронов, носившиеся на ремне. Но их сотенный командир Гнилорыбов такое не носил, а вот два других имели. Про остальных трех он не помнил.

Но мало ли чего не было в мирное время, а в военное появилось, и наоборот? Попробовав в боях, что пика очень серьезное оружие, ее стали иметь и офицеры, и даже рядовые драгуны и гусары.

Если бы пики раздавали всем желающим, так их бы имели у себя большинство. Но прошло время конных схваток, и пики куда-то подевались у тех, кто их иметь не был обязан. И не только пики. В четырнадцатом году многие казаки старались раздобыть револьвер, чтобы использовать накоротке в схватке. Хоть он и не был им положен, но их вахмистр против лишнего оружия ничего не имел, предупредил только, чтобы «австриец» лежал в седельной сумке или кармане и не попадался на глаза офицерам. Они такие – будут благодушны и пройдут мимо, будут на взводе – настоишься «под шашкой».

То, что трофейный револьвер был не у всех – вышло потому только, что трофеев на всех не хватало. Егору тогда хватило. Но потом снова нужда в нем прошла, хотя ездил восьмизарядный «гассер» с Егором еще три с половиной года, пока не отдал его покойному брату – тот попросил. Но оружие брата не спасло, не защищает револьвер от шрапнельного огня, эхма.

Так и пал Иван под Царицыном. И даже похоронить его не удалось – осталось это место за красными.

Пока голова вспоминала, а руки продолжали работать. Дочистил пистолет, отправил его в кобуру. Это не конец, забот еще много, только по своим делам еще надо выяснить, будет ли выделен транспорт под личные вещи комсостава, и собрать их, перешерстив «Гинтер» и часть вещей отправив в седельные сумки. Две запасные фляги у него есть, нужно подумать, стоит ли раздобыть еще одну или две.